Краткое содержание. Часть первая

Ветвистое древо. Логотип
Помочь сайту

Журнал Наш Манифест Музеи Партнёры Услуги




 

Часть

 

первая

 

 

 

Глава первая

 

«Жизнь шутка, скверная при том».

 

И. В. фон Гёте.

1

 

- Я чего-то недопонял, наверно, в твоих ценах. Ты серьёзно думаешь, что это стоит двести штук?

- Да.

- С чего же?

- Ты сказал мне неделю назад: «отыщи четыре дробовика выпуска не раньше девяносто восьмого года и с магазином не меньше чем на шесть патронов», так? Вуаля: я их отыскал. А теперь будь добр и заплати двести штук за партию.

- Тут не больше ста восьмидесяти.

- Ты будешь жмотиться из-за жалких двадцати кусков? Ты приезжаешь на тачке за двадцать пять лимонов и тебе двадцать кусков жалко? Да брось!

- Слушай сюда, отброс, меня наняли там, где каждая копейка на счету. Хочешь того или нет, а я отдам тебе столько, сколько стоят эти чёртовы дробовики. Не больше, понял?

- Вот и отдай двести.

- Сколько можно тебе повторять: они столько не стоят, и стоить не будут, как ты передо мной ни распинайся.

- Их было дико сложно достать, ясно?

- Всё, с меня хватит. Либо ты отдаёшь их мне за сто восемьдесят, либо я забираю их бесплатно.

- Да тихо ты, тихо. Успокойся. Вот тебе дробовики. Есть куда положить?

- У меня с собой чемодан.

- Ага, вижу. Теперь деньги.

- Вот тебе твои деньги.

- Подожди, ты куда собрался? Я всё-таки их пересчитать должен.

- Ты их вручную собрался считать?

- Вовсе нет, вот счётчик купюр. Сейчас всё будет.

- Давай там быстрее.

- Готово. Тридцать шесть бумажек по пять тысяч. Можешь идти.

- Ага, уже за порогом.

«Ублюдок. Зато получил хоть какую прибыль».

«Ублюдок. Зато сэкономил двадцать тысяч».

 

 

2

 

Перед шефом стоял парень и к тому же студент лет двадцати шести. Сам шеф сидел в кожаном кресле и властно поглядывал на подчинённого. Тот час назад передал важную посылку на трамвайной остановке, воспользовался он тогда некоторыми шифровками и успешно отдал пакет клиенту.

Шеф закурил сигару. Едкий дым забрался в нос студенту и сразу приватизировал обе ноздри. Шеф положил руку с источающей дым сигарой на кожаный подлокотник кресла и слегка улыбнулся.

Он сказал пареньку, что тот справился неплохо, шеф всегда так ему говорил, если не к чему было придраться. Паренёк ответил, что рад стараться, он говорил так не всегда, но чаще чем как-нибудь ещё.

Затем шеф поставил перед собой на пол спортивную сумку и извлёк из неё пачку синих купюр. Он протянул пачку студенту, который медленно подошёл к шефу и забрал свои деньги.

Прошло от силы минут пять, а парень уже уверенно шагал по улицам центра к метро так как на авто он пока ещё не накопил.

Спустя час, а может и два, шеф вышел из дверей дома в сопровождении мощного, шкафообразного субъекта. Шеф сел за руль Rolls Royce Phantom. Субъект расположился на заднем сиденье. Сегодня шеф не устал. Потому он и будет за рулём.

«То, что надо! Всю сотню положу в заначку».

«То, что надо. Парнишка отлично справился. И дорога сегодня свободная».

 

 

3

 

День выдался дождливый. Дождь не обошёл и ресторан «Кафе Пушкинъ». Рядом с рестораном красовался на удивление аккуратно припаркованный Maserati Granturismo. Кому бы он мог принадлежать? А хотя бы и мужчине в очень дорогом чёрном костюме в тонкую вертикальную белую полоску. Похожие костюмы носили (и носят) различные гангстеры. Может и он тоже из них? Пока только предположим, но будем его так называть.

Во всяком случае он был итальянцем.

Официант принял его заказ.

- И сигару «Монтекристо номер два», - подытожил так называемый гангстер.

Когда и сигару, и вино, и горячее блюдо принесли, гангстер первым делом справился с горячим, запил бокалом красного «Кьянти Классико Поджерино» и закурил сигару.

Счёт поднесли бесшумно, и гангстер расплатился наличными. Новенькие хрустящие купюры легли в кожаную обложку, а поверх легла визитка гангстера с подписью «заместо чаевых. Звони, если потребуется моя помощь». Как он уместил текст на маленькой визитке останется загадкой.

Зачем он разбрасывается визитками направо и налево? Паренёк из ресторана показался ему не таким простым, как кажется на первый взгляд. Что-то разглядел в нём намётанный глаз-алмаз.

Итальянский гангстер уверенно ехал домой. Тёплая и уютная квартира ждала его, но ей придётся подождать подольше надо кое с кем переговорить.

- Я слушаю.

- Господин Касетти, подарок ко дню рождения вашей тёти готов.

- Прекрасно. Если бы она не жила в России с детьми, я бы так и остался на вилле в Милане. Ради неё я перебрался под суровое русское небо.

- Господин Касетти, через неделю, ведь так?

- Да, ровно через неделю. До свидания, Владимир.

- До свидания, господин Касетти.

Сертино Касетти лёг на диван. Наконец-то он дома. Гангстер открыл журнал «Афиша». За окном пятнадцатого этажа шумел дождь, Москва светила фонарями, неоновыми вывесками и рекламными плакатами.

Сертино уснул прямо на диване, в костюме и галстуке, но без шляпы.

Глава вторая

 

«Иной долг способен сломить самую крепкую силу».

 

Марио Пьюзо «Крёстный отец».

 

4

 

Мне нужна машина. Не то, чтобы я устал ездить на метро, но с машиной как-то удобнее. Ну, вы понимаете.

Я вышел из дома, посматривая по сторонам. Тут постоянно паркуются самые разные автомобили, а иногда и дорогие. Я каждое утро рассматривал их подробно, но не слишком навязчиво. Непонятно, что они забыли во дворе моего дома, стоящего не в самом респектабельном районе города.

Итак, я вышел из дома и присматриваю, нет ли новоприбывших. Я уж решил, что не видать мне ничего кроме мутно-зелёной Daewoo Nexia меня от неё тошнит, между прочим, - как вдруг мой взгляд упал на, нет, такого быть не может. Восьмисотая «ракета» от Brabus самый быстрый седан на планете. А ещё машина мечты. Он сверхбыстрый, удобный всё-таки на базе Mercedes CLS и просто дико крутой.

Я подошёл поближе к мечте. Какие линии кузова, а салон, который я не увидел за слоем тонировки толщиной, как минимум, с кирпич. Но я-то знаю, что и внутри «ракета» идеальна.

Я потерял счёт времени, а это было не сложно. Тут меня прервал здоровяк, ловко совмещающий чёрные брюки и серый пиджак.

- Тут тебе не Америка, чтоб чужие машины лапать.

- Простите, - замялся я.

- Давай, давай, проваливай отсюда.

И я оттуда провалил.

Мои мечты об автомобиле ограничений не имели, но деньгами я был жёстко сжат в пределах полутора миллионов рублей. Выполнив двадцать заданий крупного мафиозного шефа, я накопил столько денег примерно за два года. Что купить? Я ещё пока не решил, что купить и мне требовался каталог.

Я купил свежий выпуск журнала Top Gear и зашёл в метро. В ближайшем времени эра общественного транспорта в моей жизни закончится и начнётся автомобильная пора. Но не о том речь.

Двенадцать станций. Две пересадки. Я вышел в холодный воздух, застегнул пальто. Путь мой лежал мимо ларька с цветами, неправильно припаркованной машины и заградительной каменной вазы с увядшими цветами.

Я открыл дверь в подъезд, взбежал на пятый этаж. Я позвонил в дверной звонок: два коротких, три длинных, один короткий. Дверь мне открыл Игорёк мой друг ещё со школьных лет. Он как всегда небрежно одет светло-синие джинсы, тёмно-синяя футболка, чёрно-синяя рубашка в клеточку. Как видите, один цвет был в его наряде наиболее главным.

- Проходи, - коротко бросил он.

Я зашёл внутрь. Игорёк закрыл обе входные двери. Для него безопасность основа основ.

- Ты не оставил свой сомнительный бизнес?

- С чего это он сомнительный? Покупаю за бесценок занятные штуковины, о цене которых не догадываются их владельцы, продаю их по настоящей цене. Мой бизнес надёжный, законный. Да ты и сам-то чем занимаешься, а? Работаешь на мафию, вот что.

- Да, но только так можно получить деньги. И я говорил о другом бизнесе, - сделал я серьёзное лицо, смывая с рук пену жидкого мыла.

- Ты о торговле пушками? Игорёк понизил голос на пару сотен децибел.

- О чём же ещё?

- Я ради этого стены квартиры обил звуконепроницаемой каменной ватой, а поверх неё гипсокартон и обои, чтобы красивее смотрелось. Я поставил вторую железную дверь, она не менее прочная, чем основная. А всё из-за прибыли с оружейных продаж.

- Зря ты полез в оружейное дело. Там дерьма слишком много. Даже для тебя.

- Да знаю я, знаю, что, как минимум по колено в дерьме. Но давай закроем эту тему, присядем и поговорим, мы как-никак месяц не виделись. Что там нового у тебя?

Мы прошли в большую из двух комнату. На единственной не закрытой шкафами стене в чёрной раме висела огромная, два на два метра, обложка альбома «Death magnetic». Под ней стояла, прислонённая к стене гитара ESP Snakebyte SW. Остальное в комнате шкафы с какими-то штуковинами, на вид абсолютно бессмысленными, ещё кресло на колёсиках и стол, заваленный бумагами и ноутбуками.

- У тебя за месяц, я смотрю, ничего не поменялось, - сказал я. Разве что больше безделушек стало.

- Ради пятсотпроцентной прибыли я хоть до потолка ими завалюсь.

- Ты, помниться, хотел на нормальную работу устроиться.

- Да присаживайся кстати.

Я присел на раскладной стул. Игорёк опустился в колёсное кресло.

- Я уже две недели как не покупаю новый товар. Скоро освобожу тот шкаф. Игорёк показал на относительно свободное хранилище пепельниц, подносов и кальянов. Видишь тот кальян? Я купил его за двадцать штук, навёл справки у экспертов и та-дам! Цена ему сто сорок штук. Сегодня я его и продам.

Я откинулся на спинку стула и посмотрел вокруг.

- Времена фанатства ещё не прошли? Кивнул я на обложку «Death magnetic».

- Да это и не было фанатством. Я даже на концерты их не ходил ненавижу когда вокруг все орут и мешают нормально слушать.

- А гитара, разработанная Джеймсом Хэтфилдом, у тебя сохранилась?

- Я на ней даже гравировку сделал. Сейчас покажу.

Игорёк открыл дверцу шкафа и вытащил картонную коробку с надписью маркером: «Truckster» и ниже: «Обращаться аккуратно». Он поставил коробку на пол, открыл её и осторожно извлёк гитару.

- Это и моя гордость тоже. Видишь гравировку?

На гитаре значился выгравированный логотип группы «Metallica» и автограф Джеймса Хэтфилда.

- Я один только раз сходил на их концерт, но это стоило того. Я получил автограф и гитару прокачал, сам. Она теперь такая одна.

- И ты её продашь?

- Конечно, нет! Только если не на что будет купить воды и еды.

- С твоим запасом побрякушек эти времена никогда не настанут.

Игорёк спрятал коробку в шкаф и, вздохнув, опять уселся в кресло. Он продолжил:

- Как сам?

- Завязываю с работой курьера.

- А-а-а, вот оно что. А я-то думал о таком курьере, ну ты знаешь бумажки, конверты, документы всякие, - Игорёк притворно запрокинул голову.

- Да ты и не думал так, из тебя актёр никакой.

- Мы вместе завязываем с криминалом, предлагаю запить такое сухое событие.

Игорёк откопал в шкафу бутылку виски.

- Я ж не пью ты знаешь.

- Тоже мне образцовый какой. Тридцать грамм и тебе не помешают. Принеси лучше стаканы из кухни.

Игорёк налил себе полсотни, мне тридцать и поставил открытую бутылку на стол.

- Я завтра еду продавать два ноутбука. Скоро избавлюсь от всего хлама и продам квартиру. Нам надо где-то осесть.

- Нам это не нам с тобой, да?

- Ты чего обо мне думаешь? Мы с Верой должны жить вместе, ей пора слезать с шеи родителей. Кстати, ты-то нашёл себе девчонку?

- Нет пока.

- Да пора уже, сколько можно одному ходить?

- Не та у меня сейчас работа девушку заводить. Вот найду новую работу, тогда и познакомлюсь с кем-нибудь. Мне квартиру продавать тоже придётся таковы инструкции Шефа.

- Ты машину покупать будешь.

- Пока не выбрал, вот «Топ Гир» купил, посмотрю каталог.

- Давай вместе посмотрим. У тебя денег сколько?

- Полтора миллиона.

- Ну, хоть какой-то выбор намечается. Купи «Тигуан», как у меня.

- Из тебя рекламщик, как из табуретки кресло. Я что-нибудь ещё присмотрю.

- Ты мой совет имей в виду, ясно?

Игорёк осушил стакан виски. Он дохнул на меня алкогольными парами, а я почувствовал, что слегка опьянел.

Мы час изучали каталог, спорили по поводу автомобилей, рок-н-ролла и компьютеров. Я отправился домой с шестьюдесятью граммами виски в желудке и мыслями ни о чём в голове.

 

___

 

В супермаркете скопилась порядочная утренняя очередь. Невысокий аспирант опаздывал на пары в институт. Он взял всего лишь булку и бутылку воды. Перед ним стоял рослый парень в чёрном пиджаке и тёмно-синих джинсах. Он набрал значительно больше продуктов. Аспирант почитал, что быстро пробьёт свои покупки и обратился к парню в пиджаке с просьбой пропустить его вперёд.

- Простите, а вы не могли бы

- Не мог бы, - жёстко парировал Чёрный Пиджак.

- Хорошо. Извините.

- На первый раз извиняю.

Пиджак вышел из супермаркета и сел в чёрный Mercedes-Benz G350, он же гелендваген.

- Ну что, ублюдки, - он усмехнулся и ухмыльнулся, что означало шутку, - я тут купил воду, сыр, хлеб и чуть-чуть колбасы пока вы сидели и тупили. Нам куда ехать-то?

- Юго-запад, вот карта. Огромный пассажир, сидящий на заднем сиденье, сунул Чёрному Пиджаку распечатку из «Яндекс Карт».

- Ха! А это дерьмо совсем недалеко.

- Поехали тогда, - подметил, сидящий на переднем сиденье щуплый человек в красных очках.

- А ты прав, чёрт тебя подери.

Гелендваген резко газанул и поехал по указанному на карте адресу.

 

 

5

 

За каменным забором расположились два гектара земли. На них высился двухэтажный особняк, тоже сделанный из камня. На застеклённой веранде в стёганом кожаном кресле отдыхал человек в синем костюме, голубой рубашке и красном галстуке. Шеф.

Он всматривался в осенний пейзаж за пуленепробиваемыми стёклами. Жёлтые листья, совсем недавно опавшие с деревьев, плыли по пруду. Шеф не курил сигару, - она являлась его рабочим элементом. Когда подчинённые стояли перед ним, он любил подымить кубинской продукцией. Это придавало ему некоторый завершающий образ штрих.

Шеф медленно поднялся, накинул пальто и направился на улицу. Он пошёл в сторону гаража. У него имелась коллекция автомобилей. Правда, коллекцией её было сложно назвать, так как не все машины в ней не были редкими или особенными. Зато все дорогие, как сердцу, так и в денежном смысле.

Нужна прогулка. Шеф выбрал Bentley Continental V8 Le Mansory. За ворота он выехал мягко, медленно. На спидометре еле-еле пять километров в час. За ним также медленно устремился Mercedes-Benz G500 с охраной.

Добравшись до просторного поля, Шеф остановился на оконечности асфальтовой дороги. Он открыл дверь и медленно опустил ноги на землю. Так он сидел минут пятнадцать.

Потом Шеф встал, вышел из автомобиля. Он ступил на грунтовую дорогу, уходящую в лес. Правда, лесом это уже было сложно назвать. Почти все деревья вырубили беспощадные застройщики. Скоро тут построят коттеджный посёлок.

Шеф давно сетовал, что больше не будет высоких сосен, так мерно шумевших во время ветра. Он думал, что надо бы остановить строителей пока ещё есть остатки природы. Без всякого труда Шефу удалось выйти на компанию начавшую вырубку. Вариантов противодействия хватало: поджог офиса с последующими предостережениями, выезд к генеральному директору и т. д., и т. п.

Но Шеф решил действовать более гуманно: Он выкупил землю, где ещё не всё успели уничтожить: три гектара поля и полгектара леса. Он иногда жалел, что не выкупил землю раньше, но всегда напоминал себе о бессмысленности сожалений о прошлом. По периметру посёлка уже построили забор. Шеф каждую неделю посылал своего человека, обязанного следить за происходящим внутри. Тот всегда приносил снимки и свои комментарии. Шеф платил ему исправно и достаточно, чтобы хватало и на регулярный хлеб с икрой, и на уплату налогов.

Уже полтора месяца как следил Шеф за стройкой. Пока ничего кардинально не изменили. Участки ещё только покупали и оформляли. Скоро здесь начнут жить те, кто зажрался

Сам себя Шеф не считал себя зажравшимся. Да у него имелись автомобили, недвижимость, но он знал меру в тратах денег. Когда-то давно, ещё в девяностых, Шеф работал на крупного авторитета. Авторитет этот построил себе гигантский трёхэтажный дом и набил его кучей разного хлама. Там и бриллианты, и какие-то картины, и золотые побрякушки. Авторитет не знал меры, зато умел тратить, не разумно, а просто тратить. Как только у него появлялись деньги, он покупал себе кресло, камин и всё такое прочее.

Когда времена грабежей и рэкета закончились, и началось время сознательных действий, авторитет растерял своих подчинённых, а с ними и своё влияние. Шеф пришёл к нему и предложил работу. Экс-авторитет согласился и стал начальником охраны. Его убили через два года. Шеф продал всё его имущество, освободив тем самым особняк. Безвкусную громадину и землю под ней через месяц приобрели за шестьдесят три миллиона долларов. Вместе с деньгами от продажи бесполезного барахла получилась сумма около ста миллионов.

У Шефа имелись вклады в разных банках. Он с ранних лет знал цену деньгам. Жил он красиво, но не зажираясь.

На пыльную дорогу упали капли дождя. Шеф развернулся и быстро пошёл обратно к Bentley. Ему навстречу спешил телохранитель с открытым зонтом. Шеф сел в машину. Дождь усиливался. Шеф ехал домой не спеша, он любил дождь.

Шеф завёл машину в бокс и прошёл в дом. Он сел на диван, снял трубку большого белого телефона и позвонил.

- Добрый день, Шеф, - ответили ему.

- Взаимно. Планы изменились: везите их к себе.

- Не беспокойтесь, Шеф, всё будет сделано.

Шеф положил трубку. Крылатая фраза всех его подчинённых. Он не уставал её слушать, так как фраза Шефу очень нравилась. Её употребляли только зарекомендовавшие себя подчинённые. После этих слов Шеф действительно мог не беспокоиться.

 

 

6

 

Торговый центр заполнялся людьми. Было всего лишь десять часов утра, и я спешил на встречу с Игорьком. Если он поднялся с кровати так рано, значит, есть повод.

Игорёк ждал на третьем этаже возле «Макдональдса». Я прошёл за его столик и присел напротив. Игорёк уже ел пирожок с вишней, а теперь смотрел на меня взглядом человека, который назначал страшно важную встречу.

- Что-то ты опаздываешь, - неодобрительно констатировал Игорёк.

- Да ладно тебе, всего на пять минут.

- У меня к тебе важное дело, между прочим.

- Ну, говори, раз важное.

- Короче, неделю назад.

У меня зазвонил мобильник.

- Подожди-ка, я отойду.

Я вышел из-за столика и прошёл к эскалаторам. Рядом стояли трое и что-то обсуждали. Вдруг один из них, тот, что в чёрном пиджаке, сказал одну фразу, после которой мне стало не по себе. Я пожелал всего лучшего в микрофон мобильника и побежал к Игорьку.

- Вставай скорее, - зашипел я ему на ухо.

- В чём дело?

- Там какие-то говнюки хотят тебя схватить.

- Какие ещё говнюки, с чего ты взял?

- Вон те. Я указал на эскалатор. Но там стоял только здоровяк в кофте с капюшоном, щуплый тип в красных очках дежурил у лифта, Чёрный Пиджак шёл к нам.

- А-а-а.

- Быстро, - бросил я, и мы пошли к аварийному выходу.

- Эй, друзья, вы куда? окликнул нас Чёрный Пиджак. Не дождавшись ответа, он устремился нам вслед.

Мы открыли дверь и побежали вниз по лестнице. Чёрный Пиджак уже бежал за нами.

- Стоять, дерьмо! крикнул он и, судя по звуку, выхватил пистолет.

Мы продолжали спускаться.

- Я стреляю, мать вашу!

- К стене, - только и успел крикнуть я.

Пиджак выстрелил, но попал в перила.

- Ну-ка сбавили скорость! орал он.

Ещё выстрел. Мы бежали, как только могли. Дверь на первый этаж была уже близко. Игорёк ухватил ручку двери, но её открыли с другой стороны. Перед нами стоял здоровяк в кофте и Щуплый.

- Наконец-то, спринтеры чёртовы. Пиджак наставил на меня пистолет.

Пистолет был огромный Desert Eagle 44-го калибра. Я его видел только в играх и фильмах, а тут. Круто, конечно, но не в самый подходящий момент.

- Пройдёмте-ка на парковку, господа, - улыбнулся Пиджак.

Мы прошли. На парковке стоял чёрный гелендваген Mercedes-Benz G350. Нас запихнули на заднее сиденье. Между нами сел здоровяк. Пиджак завёл мотор, и мы тронулись.

- Как же нам повезло, - объявил Пиджак Что мы встретились в этот чудесный день, не правда ли? Хотя ладно, - он понял, что захудалое красноречие ему не к лицу. Вам, кускам дерьма, тоже взбрело в голову зайти туда, хорошо, да?

- М-да, неплохо, - ответил я.

- Да отлично! Пиджак вырулил с парковки. Мы же следили за вами, как вам удалось не заметить нашу немаленькую машину?

- Да хрен с вашей машиной, - ваши грёбаные морды в толпе не затеряются, - огрызнулся Игорёк.

- Какой ты невежливый, - заметил Пиджак.

Здоровяк ударил Игорька в живот.

- А-ай-я-а! Игорёк сжал зубы.

- Это тебя научит правилам приличия, урод.

Игорёк всегда с трудом сдерживал эмоции, потому и нарывался на неприятности. Мне так и хотелось сказать ему «Заткнись!» пока он говорил про «грёбаные морды».

- Вы же понимаете, куски говна собачьего, зачем мы вас взяли?

- Без понятия, - не унимался Игорёк.

- А ты разговорчивый, - Пиджак говорил без особой интонации, потому здоровяк и не нанёс удар. Но об этом ты ещё успеешь пожалеть. Так вот, вам лучше быть в курсе дел.

Машина встала в пробке. Пиджак выругался как следует (или не следует). Он слегка приналёг на руль и начал рассказ.

- Вы, я думаю, оба знакомы с Шефом. Так ведь?

Мы оживлённо закивали.

- Прекрасно. Он дал нам небольшую такую папку с бумажками и фотками. Но там о вас, говнюках долбаных, написано в деталях. Ты, - Пиджак указал на Игорька, - занимался поставками пушек Шефу и всей его компании, вот и недели две назад ты продал ему что-то четыре дробовика, кажется. Так или нет?

- Ага. Игорёк не горел желанием общаться.

- Тебе их продало такое же дерьмо, как и ты. Даже большее чем ты. Ему кто-то слил номера счетов фирмы-однодневки Шефа. Грёбаная фирма была рассчитана всего на месяц, а потом она должна была исчезнуть.

Ты купил у этой падлы дробовики, но посчитал их слишком дорогими. Ты не растерялся и в довесок вытащил из продавца самое бесценное, чёрт возьми, информацию. Он сказал тебе о счетах фирмы, пароли, банки, всё что знал. Ты забрал ружья, а продавца в тот же день убрали. Ему сказали о какой-то проверке с утра. Он и бросился распродавать пушки по дешёвке. А ночью к нему заявились люди Шефа и вытрясли из него всё, что он знал. Про тебя он не успел сказать, - его зарезали гораздо раньше.

- И что потом? - не стерпел я.

- А ты слушай внимательно и с терпением!

Здоровяк и меня огрел по затылку. Голова моя закружилась, зато я целиком превратился в слух.

- О чём это я? Пиджак резким нажатием на педаль газа вырвал гелендваген из рассосавшейся пробки. Твой дружок, - он, очевидно, обращался ко мне, - подсуетился и открыл себе счёт в банке. Потом подыскал себе квартиру в новом комплексе. Перевёл деньги с нескольких счетов фирмы на свой и тут же купил себе сто метров. Он сразу прикрыл счёт, - думал, заметёт следы. Его дружок-юрист оформил сделку в считанные дни и вот уже квартирка готова. Там, говорят, только паркет уложили и сантехнику установили. Только вот удалить счёт в банке ещё не значит замести следы.

- На дорогу смотри! крикнул здоровяк повернувшемуся назад Чёрному Пиджаку.

- Внимание дерьмо! Пиджак крутанул руль, уклоняясь от грузовика. Дальше без разговоров. Поехали.

Они доехали до жилого комплекса. Mercedes заехал колесом на тротуар. Пиджак вышел первым, за ним последовал Щуплый. Здоровяк вытащил нас с Игорьком на улицу. Он открыл дверь багажника, достал нагруженные пакеты и три пятилитровые бутылки воды. Пиджак двинулся к входу в сорокаэтажную башню. Мы прошли мимо охраны.

- Извините, - послышался обращённый к Пиджаку с компанией голос охранника, - а вы, собственно, кто?

- Собственники. Пиджак усмехнулся и вызвал лифт.

Мы поднялись на двадцать какой-то этаж (я не обратил внимания на вторую цифру). Я молчал. Игорёк как будто жевал что-то твёрдое. Пиджак открыл дверь в квартиру, и мы вошли. Квартира пустовала. Не то, чтобы в ней не было людей, в ней и мебели-то не было.

- Это же чёрт. Игорёк сел на пол.

- Да, это твоя квартирка, мать её. Мы тут всё оставили как было, кажется только пол в углу поцарапали. Там вон.

- Но как, - Игорёк чуть не плакал.

- Легко как пуговицу оторвать, - подобрал сравнение Пиджак. Работая на Шефа можно многое заполучить, а узнать - он положил руку на сердце.

Нас отвели в ванную, где заперли с рулоном туалетной бумаги, буханкой хлеба, палкой колбасы и двумя одноразовыми стаканчиками.

- Надо будет нарезать бутербродов обращайтесь! донеслось до нас.

Мы сели на пол. Игорёк умылся и утёрся рукавом. Я предпочёл остаться нечист лицом. Игорёк сел на краешек ванны. Прошло десять минут.

- Надо предпринять что-то. Из него наконец-то вылились слова.

- Да чего мы можем предпринять? Они забрались в твой дом, о котором и я-то, лучший твой друг, не знал. У них пушки и грубая сила. Эти трое оставили нас наедине с толчком и заставили пить воду из-под крана. Ты хочешь что-то предпринимать? Давай. А я посмотрю на тебя.

Из-за двери послышался смех. Они нас подслушивали. Я наивно попытался открыть дверь. Замок здесь стандартный снаружи ключом, изнутри рукой. Но как только я нажал на ручку, дверь распахнулась.

- Ага! Попался, ублюдок! Дерьма брусок! На пороге стоял Пиджак с пистолетом. Иди сюда.

Он вырвал меня из ванной и ударил тяжелым пистолетом в грудь.

- Думал замок обыкновенный, да? Он с секретом! Я и есть главный секрет.

Он швырнул меня обратно и запер дверь. Я попробовал открыть замок ещё раз, но он не повернулся. Из-за двери раздались смешки, а я лёг на пол животом вниз.

- Что за говно твориться? покачал головой Игорёк. Что же нам делать теперь?

Он даже чуть всплакнул. Я никогда не видел его настолько уязвлённым. Избитый, лишённый даже самого надёжно скрытого убежища он не в состоянии был признать происходящее. Он закутался в куртку и заплакал.

- Ну-ну, ты чего? Я постарался его успокоить. Мы нужны Шефу, они нас не убьют.

- Шеф уже всё знает. Что я ему нового скажу? Ему нужен мой труп только и всего. А если нас отвезут к нему, то всё равно прикончат. Какое мне счастье?

Я не смог противопоставить ему ни единого контраргумента. Я только потрепал Игорька по спине и обнял его. Он продолжал плакать.

Через полчаса Игорёк успокоился, умылся и посмотрел на жизнь под другим углом. Он хотел изложить мне свои взгляды, но тут дверь открыли. Здоровяк выволок нас в прихожую. Там уже стояли Щуплый и Пиджак.

- Мы едем в Икею за обстановкой нашего, прости, - он взглянул на Игорька, - твоего жилища. Вернёмся вечером. Он за вами присмотрит.

С нами остался Щуплый. Раньше мы не слышали его голоса, но теперь он прервал этот период незнания в нашей жизни.

- Думаете, что завалите меня? его голос тоже какой-то щуплый, что ли. А вот и хрен вам. Он достал из-под плаща обрез.

Мы отступили в ванную. Щуплый закрыл нас и подпёр дверь, судя по звуку, своей спиной. Он прислонил к двери обрез. Затих.

«Вот и вляпались же мы в дерьмо», - озарило вдруг меня.

 

 

7

На складе магазина ИКЕА было шумно, зато пахло древесиной. Тонны шкафов и комодов лежали на полках, ожидая попадания в чьи-то руки.

Здоровяк и Пиджак неспешно катили нагруженные тележки в сторону кассы. На них налетела тележка какой-то женщины.

- Поаккуратнее можно? Недовольно поинтересовалась она. Как машину водят, так и тут. Пробормотала она, уходя к кассам.

Чёрный Пиджак приподнял брови и посмотрел вслед женщине.

- Вот ведь хамство кругом, - небрежно обратился он к Здоровяку.

- Да и не напоминай, - ответил Здоровяк, почёсывая затылок.

На кассе они заплатили за мебель сравнительно немного брали они самую дешёвую. Они вышли в холодный пасмурный вечер, вывозя тележки. Пиджак открыл дверь багажника гелендвагена, стоявшего под надписью «на погрузку». Они загрузили мебель и тронулись.

При выезде на МКАД Пиджак нацепил на ухо гарнитуру. Звонил Шеф.

- Да, Шеф.

- Есть работа. В вашей команде появился предатель. Его надо устранить.

- Кто он?

Шеф ответил коротко. Пиджак запихнул гарнитуру в карман.

- Доедем до дома приготовься, - обратился Чёрный Пиджак к Здоровяку.

____

Они вошли в квартиру. Я услышал, как хлопнула дверь. Потом ушли. Вернулись через десять минут. Видимо выгружали мебель.

- Поехали, - слышался голос Пиджака. Он, кажется, обращался к Щуплому.

Они вышли. Здоровяк открыл ванную.

- Вы как?

- Ну и забота, - негромко отозвался Игорёк.

- А ты заботы не хочешь? Здоровяк продвинулся к Игорьку с серьёзным видом.

Он дал Игорьку мощный подзатыльник. Вышел. К двери он приставил табуретку.

- Чёрт, - тихо сказал я и улёгся на бок возле раковины.

____

Пиджак затормозил.

- Ну, где этот магазин? недоумевал Щуплый.

- А ты не знаешь?

- С чего?

- Чего-то вопросов много. Пошли внутрь.

Они зашли под неприметную вывеску с надписью «Продукты 24 часа». В магазине слабо горел свет. Пиджак осмотрел помещение. Никого.

- Эй! крикнул он на весь магазин.

Никого. Пиджак повернулся к Щуплому.

- Ну и чё теперь? всё ещё не понимал тот.

- Да ничё.

Пиджак выхватил Desert Eagle и выстрелил Щуплому в голову. Щуплый упал на колени, его очки перекосились. Он покачался немного, а потом рухнул на пол.

- Так тебе, ублюдок долбаный.

Чёрный Пиджак подобрал гильзу и вышел. Вокруг опять пусто. Он сел в гелендваген и вдавил педаль в пол. Чтобы было нескучно одному, Пиджак включил песню Wherever I may roam небезызвестной группы Metallica.

Глава третья

 

«Сколько себя помню я, всегда хотел быть гангстером».

Мартин Скорсезе «Славные парни»

 

____

 

Начиная с этой главы, книга получает саундтрек. Отныне и начало, и конец композиции, а также исполнитель будут обозначены слева.

____

 

8

Сертино Касетти вернулся домой из театра. Он посчитал, что уже давно не ходил пешком по центру города, а посему и надо бы пройтись. Сертино получил немалое удовольствие, но испачканные осенней погодой брюки свели удовольствие в минус. Сертино Касетти вернулся домой около полуночи.

 

Проснувшись утром на диване, он отметил, что стал редко пользоваться кроватью. Ему это говорило о необходимости запастись провизией на три-четыре дня и остаться дома. Сертино с самого детства любил свой родной дом, там на Итальянской земле.

Toto Cutugno «Litaliano vero»

У отца Касетти имелось пять братьев и три сестры. Мужчины семьи Касетти предпочли автомобильную отрасль. Отец Сертино Этторе был не последним человеком в компании Maserati, Энцо работал в Ferrari, что перекликалось с его именем. Ещё два брата Поли и Винчеро работали в новой ещё тогда компании Lamborghini, а самый младший брат Монти уехал в Германию, чтобы работать в Audi.

Женская половина предпочла более разнообразные отрасли. Анна начала работать у производителя одежды Ermenegildo Zegna. Конни стала художником, а Мария открыла маленькую кондитерскую лавку.

Сертино был единственным ребёнком в своей семье. Отец знал, каково это воспитывать девять детей. Он хорошо запомнил все трудности его родителей с этим связанные. Поэтому ограничились отец и мать Сертино им одним.

С юных лет Сертино Касетти получал огромное внимание со стороны каждого из членов семьи. Его дяди и тёти постоянно приезжали в гости по праздникам, по выходным, без поводов. Сертино прочили будущее в автомобильной компании, а может быть и собственный бизнес в автомобильной отрасли, но он предпочёл другое занятие.

В семнадцать лет он познакомился с гангстерами. Тут и началась его «карьера». До двадцати четырёх лет Сертино скрывал место работы от родственников. Незадолго до этого Корти отправилась в Нью-Йорк, чтобы представить там свою выставку, Поли улетел в Лондон, где и стал директором местного отделения Lamborghini. Как только всплыли связи Сертино, а он к тому времени был далеко не последним человеком в мафии Сицилии, отец не разговаривал с ним месяц. Мать впала в депрессию, а потом уединилась в маленьком домике в пригороде Рима. От неё изредка приходили вести, не чаще раза в месяц.

Композиция окончена

 

Сертино, по сути, разрушил свою семью. Дядюшка Винчеро, узнав о гангстерских наклонностях племянника, подался в Австрию, заявив, что разочаровался в сыне и самой Италии. На родине остались только Этторе и Энцо, они слишком любили Италию, чтобы покинуть её.

Тётя Мария уехала в Россию спустя пятнадцать лет. Сертино все эти годы жил у неё. Она одна понимала племянника и принимала его таким, каким он был. Мария считала занятие Сертино справедливым он защищал жителей Сицилии, возрождая первоначальное призвание мафии. Сертино Касетти всецело доверился тёте Марии и, когда она поехала в Россию, привлекавшую её своей историей, (Мария была историком по образованию и попросту любила историю как интереснейшее хобби) он через месяц последовал за ней.

Об Италии у Сертино остались неплохие воспоминания. Он вспоминал всю родню, в том числе и самую дальнюю. Он не забыл никого, кто хоть как-то был ему близок. Когда его уже не первая девушка узнала страшную правду, она ушла, не сказав ни слова. Говорили, будто она повесилась, но Сертино знал, что она жива и у неё даже имеется семья. Всё у неё благополучно и она по-прежнему рассказывает истории о своём бывшем парне-гангстере.

Каждый месяц Сертино Касетти отсылал подарки всем своим близким. Как бы они не разуверились в нём, он-то их любил. Ответы не приходили, однажды что-то написал Энцо, но в том письме присутствовали одни только упрёки.

Так и жил Касетти-младший попутно работая частным риэлтором. Он перевёл все свои деньги на счета в Москве. Его подчинённые из мафии прислали ему своих денег, пусть Сертино и не просил их об этом.

Он был всем, был на самом верху, в памяти мафии он таким и остался. Он жил неплохо, не жаловался ни на что. Сертино твёрдо усвоил, что жить в России действительно хорошо можно только в Москве и не меньше чем с десятком миллионов рублей в банке.

Как-то раз ему пришлось прожить три дня в Ярославле. Что сказать, с трудом. Зато разнообразие в знакомстве с Россией. За пределы Московской области Сертино выезжать не намеревался.

____

 

Сертино Касетти зачеркнул ещё один день в календаре. До дня рождения тёти Марии оставалось два дня.

9

 

Нас держали в ванной уже день. Я по-прежнему надеялся, что смерть нам не грозит. Игорёк каждый раз не соглашался и просил об этом не говорить больше.

- А у нас хлеб закончился, - печально объявил он утром.

- Надо попросить. Что-то я решительный стал.

Я серьёзно постучал в дверь. Её открыл Чёрный Пиджак.

- Что-то ты решительный стал, - с мрачной улыбкой сказал он.

- У нас нет хлеба.

- А какая мне к чёрту разница, чего у вас тут нет? Ты бы сходил, купил что-ли. Ах да, точно, вы же выйти на улицу не можете! торжествовал он. Тогда прошу прощения.

Он захлопнул дверь. Мы услышали громкое «разберись» и тут же дверь распахнул Здоровяк.

- Чего? Он был краток.

- У нас ммм хлеб кончился, - выдавил я из себя ответ.

- Лови. Он кинул мне буханку.

Я и сказать ничего не успел, а он уже закрыл нас снова. Я положил буханку на край массивной раковины и глянул на Игорька. Он, как мне показалось, спал.

- Хреново, - пробормотал он.

- Не спишь, значит, - определил я.

- Да тут заснёшь, блин. Как же так, как же так?

Я помнил, что успокаивать бесполезно и поэтому просто похлопал Игорька по спине. Он то ли всхлипнул, то ли как-то странно вдохнул воздух(6000). Я попытался вспомнить какую-нибудь словесную игру. Ни одного нормального варианта на ум не пришло. Мы начали было говорить об автомобилях, но зашли в тупик через десять минут.

- Может, о жизни поговорить? замялся Игорёк.

- Давай. Мне идея показалась не из плохих.

Мы убили где-то час, вяло рассуждая обо всём, что приходило в голову.

Через час к нам зашёл Чёрный Пиджак.

- Подъём, - негромко произнёс он.

- А в чём дело, - осведомился Игорёк.

- А сейчас узнаешь. Пиджак провёл нас в гостиную.

Мы сели на диван, Здоровяк с Пиджаком на диван напротив. Пиджак проверил наличие пистолета в кобуре и глянул в лица, сначала мне, потом Игорьку.

- Обрисую дело в общем. Вы, говнюки, должны ехать к Шефу прямо сейчас.

У меня заколотилось сердце. Игорек, по-моему, не дышал.

- Что притихли? Я продолжу, да? Он вглядывался в наши глаза, будто пытался выудить оттуда что-то. К Шефу домой вы не поедете. Даже не надейтесь. Он назначил нам встречу в клубе как же, чёрт побери, называется этот трижды грёбаный клуб? Пиджак повернулся к приятелю.

- Вот визитка оттуда, - Здоровяк извлёк из внутреннего кармана клочок бумаги.

Там значилось «The борщ» и ещё что-то вроде «привилегированный клуб для элитного общества».

- Ну как? Всё это четырежды грёбаное «элитное общество» на поверку слишком богатое быдло без принципов и приличия. Вот мы и глянем на него с изнанки. А потом к Шефу заскочим. Собирайтесь. Только быстрее.

Мы ехали к клубу уже минут двадцать. На улице самый поздний вечер.

- Всегда хотел поглядеть на эту «элиту» изнутри. Правда, я такие слова говорил лет двести назад. Сейчас я их ненавижу. Пиджак свернул во двор, объезжая светофоры.

Мы подъехали к «The борщу» через пять минут. Пиджак припарковал гелендваген, перекрыв въезд на стоянку клуба.

- Обожаю показывать им их истинное место. Пиджак, не торопясь, вышел из машины. А нельзя ли освободить стоянку?

Никто не отвечал. Я понадеялся, что до стрельбы дело не дойдёт. Пиджак опёрся левой рукой на капот нового Mercedes-Benz E500, белого и блестящего. К машине подошёл злобного вида говнюк.

- Ты чё делаешь, э? Говнюк был настроен серьёзно.

- Убери, пожалуйста, машину со стоянки, - культурно обратился к нему Чёрный Пиджак.

Говнюк послал его далеко и дальше и пошёл обратно в клуб. Пиджак решительно остановил его.

- Ты не понял?

- Это ты не понял! Я тебе сказал

Говнюк опять выругался. Пиджак схватил его за плечо и, заломив ему руку, положил на капот лицом.

- Ты меня ещё посылать будешь? Ты будешь, гнида, да? Зря! Пиджак врезал говнюку по шее. Если все машины с твоими дружками до единой не уберутся к себе в задницу, от вас только кучка вашего дерьма останется! У тебя пять минут, урод.

Через пять минут со стоянки уже выезжала шумная компания. Они орали, матерились в голос, из окон их автомобилей несло гремучими алкогольными смесями. Три BMW, зелёный Range Rover, несколько «Мерседесов» и полным полно «Каенов». Парень в последней машине показал Пиджаку средний палец. Тот подошёл к медленно выезжающей машине, разбил окно рукояткой пистолета и сломал парню сначала палец, а потом и руку.

- Радуйся, что не пристрелил! крикнул Пиджак вдогонку.

Гелендваген перегородил въезд на парковку.

- Пошли к Шефу. Здоровяк открыл грязную железную дверь служебного помещения. Мы прошли по длинному коридору. С потолка свисали провода, тут и там торчали воздуховоды.

- Тут началась шумная вечеринка. Вся парковка заказана на них. Но теперь им придётся найти другое место, - объяснял нам Чёрный Пиджак.

Он зашёл за барную стойку и посмотрел в окно. Ни одного признака Шефа он не заметил. Здоровяк высказал предположение:

- Может, у тебя часы спешат?

- Точно. Он приедет только через пять минут. Что же нам делать?

К нам подошёл охранник клуба. Видок у него был парадный.

- Вас проводить?

- Спасибо, мы как-нибудь сами, ладно? Чёрный Пиджак глотнул газировки и жестом указал охраннику, что надо бы ему идти отсюда.

Мы ждали уже десять минут, но Шефа не наблюдалось. Пиджак позвонил ему, но как только Шеф положил трубку, Пиджак рванулся к выходу.

- Скорее, на выход!

Дорогу нам преградила пара охранников. Здоровяк обработал их с помощью нескольких точных ударов. Мы побежали на парковку по коридору. Пиджак толкал нас в спины, Здоровяк расчищал путь от назойливой охраны.

На парковке нас ждали двое, и как только наша компания выбежала, они открыли огонь. Чёрный Пиджак приготовил пистолет.

- Сейчас они получат сорок четвёртого, - зашептал он, часто дыша.

Четыре выстрела. Все в цель. Пиджак спрятал Desert Eagle в кобуру и побежал к машине.

- За мной, давайте, давайте!

Дальше события развивались стремительно. Мы залезли в джип, Пиджак вдавил педаль, и тут за нами устремился грязный чёрный BMW X5 года девяносто девятого. Пиджак ударил руками о руль.

- Дерьмо! Сейчас попетляем и уйдём, - уверенно и с опытом говорил он.

Он резко свернул во двор и проскользнул в нескольких сантиметрах между припаркованной машиной и неповоротливым фургоном, выезжавшем из двора. BMW оказался заблокирован фургоном. Он отчаянно засигналил. Наш гелендваген успешно проскочил в арку и, проехав сто-сто пятьдесят метров, свернул ещё в один двор. Несколько поворотов руля и мы на бешеной скорости пересекли детскую площадку. После очередного двора Чёрный Пиджак наконец-то сбавил ход.

Он завёл автомобиль за ангар с надписями «супермаркет» и «круглосуточно», заглушил двигатель и опустил штору на лобовое стекло.

- Сейчас пригнулись все, - громко прошептал Пиджак.

Мы с Игорьком пригнулись, Здоровяк с трудом согнулся, чтобы в окне не было видно хотя бы его лица. Так мы просидели четверть часа. У меня всё затекло, и когда Пиджак разрешил разогнуться, я не сумел. Игорёк с трудом вернул меня к жизни. Здоровяк дёрнул за кольцо, и штора вновь скаталась в рулон. Гелендваген неспешно тронулся.

- Оторвались, кажется, - выдохнул Пиджак.

Мы тихо ехали по узкой двухполосной улице. Мне подумалось, что Пиджак сейчас закурит. Не закурил. Он откинул спинку сиденья так, что она врезалась мне в коленку. Я ничего не сказал, Пиджак с трудом дотягивался до руля, но ехал.

- Нам бы на большую улицу свернуть, - устало протянул он. Никто не в курсе, есть ли тут большая улица?

- Не в курсе, - мрачно ответил Игорёк и прижался щекой к стеклу.

На «большую улицу» вяло свернули, проделав двести метров.

- Мы теперь на одной стороне, - начал Чёрный Пиджак что-то философское, - так что представимся друг другу. Я Влад.

- Михаил, - представился Здоровяк.

Из моего рта начал выходить звук, но:

- Ваши имена мы знаем, - резко заявил Влад.

«Ну и ладно», - подумал я.

Metallica «Unforgiven»

Ещё пока мы прокладывали путь по узкой дороге, я заметил в боковом зеркале огромный Chevrolet Suburban чёрного цвета. Теперь он следовал за нами и на «большой улице». У меня закралось подозрение.

- За нами хвост.

- Повернём четыре раза, посмотрим отстанет или нет, а потом решим. Влад с силой сжал и крутанул руль влево.

И гелендваген свернул.



Автор - Даниил Макаревич
 
 



Уважайте авторов, не копируйте матриеал без ссылки. Майкл Студиос 2007—2016. Правила публикации наших материалов. Изложить свои мысли