Великий гуру. Первая глава

Ветвистое древо. Логотип
Помочь сайту

Журнал Наш Манифест Музеи Партнёры Услуги




« Предыдущая глава | Следующая глава »


Глава первая

«Эти ребята знают, что поплатятся головой за неверные сведения»

Марио Пьюзо «Крёстный отец»

1

Неделю назад

В загородном доме Виктора Марецкого собралось, по меньшей мере, человек пятьдесят, и все до одного крупные мафиозные главари. С ними ещё прибыли их водители, шестёрки куда же мафиози без них и, конечно же, охрана вот без неё точно никуда. В общей сложности получалось около двухсот человек плюс охрана и шестёрки самого Марецкого. Такое количество народу с комфортом разместилось на целом гектаре огромного участка, а ведь был ещё и двухэтажный дом в современном стиле с двумя потрясающими закрытыми верандами, по восемьдесят квадратных метров каждая, а ведь одна из них, та, что выходила прямо на запад была двухэтажной, как и сам дом. Всю эту роскошь скрывал трёхметровый забор. Дом так и сиял шиком, одним из показателей которого являлась площадь первого этажа четыреста квадратных метров. Три четверти этого пространства занимал огромный зал, обставленный очень большими чёрными кожаными диванами из последней коллекции Rolf Benz. Рядом с диванами были расставлены безупречно-чёрные журнальные столы от дизайнера Антонио Читтерио. На них стояли более чем массивные пепельницы, готовые вместить в себя достаточно недокуренных сигар. На потолке разместились десять светильников в стиле хай-тек.

Те, кто приехал в это роскошное царство, были отчасти удивлены ни у одного московского мафиози нет такого впечатляющего дома с такой поразительно-огромной территорией. И сейчас каждый из пятидесяти мафиози занимался тут своим делом, благо Марецкий позволил им делать всё. Правда, при одном условии: если кто-нибудь что-нибудь разобьёт или испортит или вообще сделает что-то неподобающее, Марецкий будет вправе отрезать ему руку. А пока все были при руках, каждый выбрал себе занятие по душе. Темнело, стрелки на часах в зале показывали 15:25. Стас «Некролог» обсуждал с Юрой «Монтировкой» деловые планы, и они оба курили сигары. По залу сновали туда-сюда несколько слуг Марецкого, разнося напитки. В воздухе царили ароматы дорогого коньяка и ещё более дорогих сигар. На верандах проходили оживлённые дискуссии. Говорили о многом: кому отдавать восточный округ, кто сейчас главный в Люберцах и почему бы не назначить на должность главного там Мужика. Сам Мужик сидел в кресле на восточной веранде, попивал виски из фляги и слушал все вопросы к нему по поводу Люберецкой ситуации.

Послушай, Мужик Это говорил Алексей Смирнов, он же Заурядный (это из-за сочетания имени и фамилии) Ты хоть и простоват, но в Люберцах главным должен быть ты. Тем более, твоё присутствие там, в течение уже четырёх лет позволило всем нам убедиться в твоей хватке.

Ну ладно, - Мужик призадумался. Он прекрасно понимал, зачем он нужен в Люберцах. Во-первых, он один из пятидесяти крупных мафиози ещё не главенствует ни над одним районом и уж тем более округом, во-вторых, никто не собирается отдавать свой район или округ, что бы заполучить абсолютно бесперспективные Люберцы, и поэтому главари продолжат настаивать на своём. Мужик так же понимал, что другого выбора нет ни у него, ни у остальных главарей, и поэтому решил извлечь из этой проблемы выгоду. Я, конечно, всё понимаю и согласен стать главарём Люберец, но я, также кое-что попрошу взамен.

Например? Заинтересованно спросил Смирнов с таким видом, будто он готов сделать для Мужика всё, что угодно.

Говорят, что ты знаешь хороших адвокатов, а меня именно сейчас могут серьёзно засудить, а ещё и выйти на других крупных главарей, например на тебя. Мужик хорошо знал эгоистичную натуру Смирнова и поэтому сразу надавил куда надо.

А ты не лжёшь мне? А то знаешь, все хотят получить хороших адвокатов и пробуют разные методы. Смирнов почти никому не доверял, с тех пор как в девяностые он потерял весь свой клан из-за обмана одного подчиненного. Того подчинённого Смирнов уже давно нашёл и наказал его по всей строгости, но с тех пор Смирнов «Заурядный» обзавёлся паранойей.

Я не лгу, - Мужик действительно не врал. Смирнова могли приплести к делу Мужика, и всё могло закончиться очень скверно.

Мы можем это проверить, - улыбнулся Смирнов. Эй, Дуплет подойди-ка к нам.

Из главного зала на веранду вышел человек в пиджаке и при галстуке. По нему было видно, что его только что извлекли из неплохой компании старых друзей, а ещё по нему было заметно, что у него нет одного глаза. Именно за это он получил кличку «Дуплет» - поговаривали, что глаз ему выдавили бильярдным кием. Вместе с Дуплетом на веранду вышел невысокий худенький человек в расстёгнутом пиджаке. Это был Револьвер шестёрка Дуплета и его самый близкий друг. Револьвером его прозвали за любовь к крупнокалиберным револьверам. И сейчас у него из-под полы пиджака торчала ручка револьвера Colt Trooper Mk. 5, так как целиком оружие под маленьким пиджаком не помещалось.

Дуплет чувствует ложь, - Смирнов улыбался. Я это отлично понимаю. У меня должны быть гарантии, что ты не кинешь меня.

Чёрт подери! воскликнул Револьвер. И из-за этого дерьма нас выудили из чертовски хорошей компании?

Да нет! Смирнов рассмеялся. Мужик, это был розыгрыш! Просто хотел, чтобы вы повидались друг с другом.

Ну, ты оригинал, конечно. Дуплет подмигнул правым глазом. - Пойдём, Мужик, потолкуем о жизни!

Похожие диалоги происходили в доме Марецкого уже несколько часов, но это в доме, на улице всё было по-другому.

Дуплет и Револьвер вышли на улицу. Пройдя по расчищенной от снега дорожке, они подошли к так же расчищенной площадке под крышей. Здесь их поджидал Серёга Обойма - старый друг Дуплета. Его так звали за оружейный бизнес, который Обойма развернул в Московской области. Оружие, что он продавал, отличалось качественной сборкой и долговечностью, очень часто большей, чем в законных магазинах, например пистолет Glock 17 здесь можно было купить не иначе как за шестьсот долларов по сравнению с четырьмя сотнями на чёрном рынке, но платить было за что. Сам Обойма не причислял себя к чёрному рынку, а считал себя «Влиятельным главарём, продающим качественное оружие другим влиятельным персонам».

Как жизнь, Обойма? Поинтересовался Дуплет, похлопав по плечу старого друга.

Привет, дружище! Заулыбался Обойма. С жизнью порядок, а как у тебя?

Лучше просто не бывает. Слушай, так вовремя эта крупная сходка потолкуем о наших делах.

Что верно, то верно. Кстати о делах. Обойма извлёк из-за пазухи новенький чёрно-белый пистолет FN FNP-45.

Чёрт подери! Крикнул неожиданно появившийся Револьвер. В руках он сжимал «Трупер». Сейчас мигом башку разнесу!

Эй, Револьвер, не нервничай и опусти пушку, я всего лишь показываю Дуплету новое поступление.

Ну ладно, - Револьвер опустил «Трупер». Но если что, чёрт возьми, в твою голову сразу прилетит пуля 357-го калибра.

Друг, - лицо Обоймы было невероятно жизнерадостным, ты же шутишь, верно?

Я? револьвер рассмеялся, но тут его лицо снова стало серьёзным. Разумеется, нет.

Ну ладно вам, - Дуплет заторопился. Пошли в дом, а то там, похоже, уже всё началось, такой шум стоит. А пистолет покажешь в другой раз.

В доме Марецкого и правда, стоял шум, но не из-за того, что «всё» уже началось, а скорее, наоборот на часах было уже около десяти ночи, а Виктор Марецкий всё ещё не появлялся. Второй причиной шума являлось прибытие Антона Морева, главного заводилы всех мафиозных банкетов города и области. И вот сейчас Морев рассказывал все свои последние новости и приправлял их анекдотами и разнообразными шутками.

Дуплет, Револьвер и Обойма направились в дом. Идя по дорожке к дому, они встретили нескольких охранников Марецкого. Охранники стояли под фонарями, освещавшими участок и дорожку. Все как один были одеты в чёрную куртку, чёрные непромокаемые брюки и чёрные армейские ботинки. В руках каждый охранник держал пистолет-пулемёт FNP-90, готовый выпустить пятьдесят пуль за несколько секунд в любого подозрительного гостя. В ухе у каждого охранника находился маленький чёрный наушник. Все они (охранники) выглядели так, словно были наняты у одной организации, и это была абсолютная правда.

Марецкого не было уже слишком долго, чтобы кто-то не начал возмущаться, и этим кем-то был Револьвер. На самом деле ему просто с кем-то хотелось поболтать, а весь свой запас жизненных историй уже окончательно истощился.

- Ну и где он, чёрт возьми? Вопрошал Револьвер у Дуплета, который слушал своего друга как бы одним ухом, потому что другим ухом он слушал Юру «Монтировку», рассказывающего об очередной своей выгодной сделке. Ну и ладно, если бы он часто опаздывал, чёрт с ним, но он всегда приходил вовремя, а тут просто полная чертовщина!

И тут, опровергая рассуждения Револьвера о полной чертовщине, на небольшом возвышении у дальней стены появился Виктор Марецкий, собственной персоной как всегда, одетый в дорогущий костюм. Все, разумеется, зааплодировали, а затем аплодисменты перешли в овации и послышались радостные возгласы:

- Марецкий!

- Наконец-то!

- Глазу своему не верю!

- Давно не виделись, чёрт побери!

- Как жизнь?

- А помнишь, как мы чуть на воздух не взлетели в 96-м?!

- Нет, ты что! Это было в 95-м!

- Да-да-да, - Виктор Марецкий утихомирил зал. Я вижу, здесь собрались все! Все пятьдесят наиболее влиятельных мафиози города и области. Но я хотел бы вам всем задать один вопрос. Вас тут полсотни, я вижу Стасика «Некролога», Мужика, Антона Морева, куда же без него, даже одноглазый Дуплет и его шестёрка Револьвер здесь, а теперь вопрос: нас должно быть пятьдесят два, кто пятьдесят второй? Может быть, он не пожелал прийти? Но все мы знаем, что это непростительно. На сходке должны присутствовать все, а если кто-то не приходит его статус теряется в наших глазах, ведь так?

Из зала послышались одобрительные возгласы. И тут в дверях зала появился высокий человек, он замер, окинув взглядом людей в зале. Все обернулись. Теперь в центре внимания был уже не Виктор Марецкий, а новоприбывший незнакомец. Он слегка улыбнулся правым уголком рта, а затем произнёс какой-то смесью лёгкого хрипа и шёпота, тихо, но услышали все:

- Я - пятьдесят второй.

После этих слов он сделал пару шагов вперёд и все смогли рассмотреть его лучше. На неизвестном человеке было длинное серое двубортное пальто и чёрные туфли Hugo Boss, а так же чёрный костюм того же бренда. Каждый мафиози в зале притих.

- Кто ты такой? - Марецкий был явно не в себе. И почему ты опоздал?

- Отвечу по порядку, - голос неизвестного был спокойным и внятным, но в то же время был наполнен харизмой. Я тот самый пятьдесят второй твой гость, и нет, я не опоздал, я эффектно появился. Ты же сам видел, как все застыли. У них у всех на лицах столько вопросов: «кто он, откуда он взялся, почему пришёл так поздно»? А как появился ты? Человек в пальто поднял правую руку в кожаной перчатке и показал ею на Марецкого, и сразу же из-под рукава его пальто показались часы Rolex Cosmograph Daytona корпус из белого золота, ремешок из крокодиловой кожи. Мало того, что опоздал на час, да ещё и твёрдо уверен в том, что это было похоже на эффектную задержку. Ты как бы говоришь нам: Это мой дом и я могу здесь задерживаться, делать всё, что пожелаю, а вы нет. Но это не впечатлило, абсолютно.

- С меня довольно! Марецкий всерьёз рассердился. Кто ты такой?

- Подожди, не горячись так, обо всём по порядку. Для начала я прекрасно знаю, зачем ты нас собрал, и какие речи ты собирался толкать тут до утра. У тебя сегодня День рождения, а твоего брата убили на прошлой неделе. Ко дню рождения подарок так себе, не правда ли.

- Заткнись, сволочь! заорал Марецкий.

- Ну не надо так кипятиться, стропила не выдержат. И потом я тебя прекрасно понимаю. У меня тоже убили брата, только в сентябре. А сейчас я всё расскажу про себя, про свою жизнь и, заодно про того, кто убил твоего и моего брата, а ведь это был один человек. Так, что запаситесь терпением.

Все в зале дружно запаслись терпением, а человек в пальто присел на диван, и начал свой рассказ.

- Я родился и вырос в Москве. Но я рос не в такой прекрасной атмосфере, как это могло бы показаться. Моих родителей убили, когда мне было семь лет. А мой брат был на три года младше меня и тогда ещё мало что понимал в этой жизни, но я его успокаивал, говорил, что всё в полном порядке и не стоит волноваться. А потом нас взяли к себе приёмные родители. Они жили в маленькой двухкомнатной квартирке, в хрущёвке. Мы с братом спали на раскладушках за книжным шкафом. Так мы жили четыре года. Говоря «так» я имею в виду спокойно и без происшествий. И мы с братом думали, что так и должно быть, что жизнь не такая трудная штука как говорят. Но вот через четыре года началась вся правда жизни.

Мы с братом возвращались из школы, и только мы вошли во двор, к нам подошёл какой-то парень. Ему на вид было лет шестнадцать, и он потребовал от нас деньги. Брат сильно испугался и спрятался за моей спиной, и я, надо сказать тоже, но не мог же я так облажаться на глазах у брата, но главное этот парень не отстал бы от нас, а позвать на помощь было некого. И вот я хорошенько врезал ему, и он рухнул на землю. Я был в ужасе, а мой брат вообще в состоянии шока, но я его подхватил, и мы заскочили в подъезд, пока парень не успел оклематься. Дома мы никому ничего не сказали. Приёмные родители пришли под вечер, и мы были уже вполне спокойны, чтобы они не поняли ничего по нашим лицам. И всё вроде бы улеглось, но только этот парень встретил нас на следующий день, и с ним уже были двое дружков, а он сам был с ножом, швейцарским. Мы, было, бросились бежать, но его дружки загородили нам дорогу. И тут я словно понял всю жизненную правду и сказал этому говнюку, что если он так крут, как сам считает, то зачем он нападает на двух детей, да ещё и с двумя своими громилами. И я ринулся прямо на него, и он полоснул мне руку швейцарским ножом, но я врезал-таки ему по морде. И двое громил, что были с ним, схватили моего брата, а я и им тоже врезал по их наглым рожам. Брата я спас, но кое-чего не предусмотрел. Этот парень оказался сыном местного криминального авторитета, и, конечно же, сынок нажаловался папочке. Через два дня, когда мы с братом вернулись домой, мы нашли тела наших приёмных родителей. И знаете, что было самое мерзкое? А то, что убил их тот же мафиози, который убил наших с братом родителей, настоящих, понимаете? И он, кусок дерьма, написал об этом в записке и оставил её около тел приёмных. С тех пор я твёрдо решил отомстить. Мы с братом не знали, куда податься, и вот тогда началась настоящая жизнь. Мы увидели её с изнанки, поверьте мне. Да-да, так всё и было. Мы жили в заброшенных домах, на станциях метро и вообще полный набор. Если вы думаете, что это с вами жизнь обошлась жестоко, взгляните на меня. Со мной этот мир был поистине беспощаден, просто я сохранился лучше вас, лучше любого из вас.

И вот, двенадцать лет спустя, я решил найти, чёртова урода, убившего наших, с братом отца и мать. И я искал эту тварь ещё два года, а когда нашёл, то разнёс ему голову молотком. А потом сделал тоже с его сынком. Молча, разнёс им головы и всё. После этого мы с братом начали скрываться по-настоящему. А на дворе был самый разгар девяностых, и на улице можно было находиться только с десяти до пяти, а зимой даже до четырёх, потому что с наступлением темноты на улицу выползала такая мразь, что описать невозможно. Кого мы с братом только не повстречали: гопники, скинхеды, простые грабители, в конце концов. И при каждой такой встрече у нас был скудный выбор: либо убегать, либо бить, как следует. Чаще всего мы били. Кого мы с братом только не избивали: на нас словно весь город ополчился. В драках я использовал швейцарский нож, отобранный мной у убитого сына мафиози. Много кому пришлось головы раскроить. Но в девяносто восьмом на нас напала банда грабителей, все до одного крупные шишки в южном округе. У них были мачете, и даже пистолет. Мы с братом решили, что настал наш последний час, но мы ошибались. Внезапно один из нападавших упал на асфальт с пробитой головой. Бандиты бросились врассыпную, но пули оказались быстрее. Все до одного лежали на асфальте. И тут из-за гаража вышел наш спаситель огромный человек лет тридцати, а может и меньше. У него в руках дымился огромный пистолет «Дезерт Игл» пятидесятого калибра. Лица человека не было видно. И он сказал нам: «Вам очень повезло, что я сегодня рано возвращаюсь домой, а не то от вас остались бы только два трупа». После этих слов человек исчез в темноте подъезда.

Через два года лихое время кончилось, и наши с братом пути разошлись: он пошёл в мафию и через год был принят в «Неубиваемую Четвёрку» и с тех пор «Четвёрка» стала «Пятёркой». Ну а я организовал охранную компанию, снабжающую охранниками предприятия и мафиозную элиту Москвы, то есть всех вас, господа. Вся охрана на этой сходке из моей организации, и за каждого из них хорошо заплачено. Так, что я даже не совсем мафиози, а потому делать мне здесь нечего. Вот эта моя краткая биография, а зовут меня Швейцарец. За то, что тот самый швейцарский нож до сих пор у меня, а ещё за мою любовь к швейцарским часам.

А теперь я уйду, но сначала расскажу всё, что знаю об убийце наших с тобой братьев, - Швейцарец посмотрел на Виктора Марецкого. Он раньше работал в ФСБ, и был там специальным агентом высшего ранга. У него масса наград, но все они вручались Ему президентом только в режиме тет-а-тет, чтобы не нарушать секретность. Этот человек работал в ФСБ с конца восьмидесятых, причём сразу стал специальным агентом. После года армии Его выбрали для своеобразного кастинга, и Он блестяще его прошёл. Говорят, что сто метров бежал быстрее Уссейна Болта и, если бы не был настолько секретным, вошёл бы в Книгу Рекордов Гиннеса. Так вот, далее Он стал снайпером. Разумеется, не сразу, так как прошёл курс обучения. Но когда нагрянули девяностые, Ему пришлось стать чистильщиком и убивать мафиозных боссов, зачищать подпольный бизнес, и всё в этом духе. А в девяносто восьмом он спас нас с братом от банды грабителей. С профессией чистильщика Он сроднился и был им до 2006-го года, потому что потом Его уволили из ФСБ, и Он стал наёмным убийцей. Говорят Он получает за свои заказы в два-три раза больше обычных киллеров. Но суть не в этом, а в том, что три месяца назад Он убил моего брата, а неделю назад твоего. Твоего брата ему заказали, а моего он убил из соображений мести, как и всю «Неубиваемую Пятёрку». Уж не знаю, почему Он это сделал, но рядом с телом моего брата я нашёл записку со словами: «Я спас твоего брата двенадцать лет назад. Теперь он мёртв. Сожалею». Так вот я намерен найти Его и уничтожить, а теперь вопрос: вы намерены убивать, кого попало и терпеть поражение с Марецким или выследить Его и убить за всё то, что Он сделал? А ведь Он убил близких людей многих из вас, и я это знаю. Ну, кто со мной?

Из толпы мафиози молча вышли Дуплет, Револьвер, всегда следовавший за своим другом, Некролог и Пироман, шестёрка Некролога с обгоревшей половиной лица.

- Ну что ж, немного, - Швейцарец встал с дивана и направился к выходу. Но я на большее не надеялся. За мной.

Все пребывали в замешательстве. Никто не проронил ни слова. Швейцарец проследовал к своей машине, которой являлся чёрный Maybach Guard, но потом вернулся в зал и сказал:

- Чуть не забыл, убийцу наших с Марецким братьев зовут Великий Гуру.

После этих слов Швейцарец сел в машину и выехал с территории участка. За ним ехали ещё две машины. Все неслышно скрылись во мраке декабрьской ночи.

 

 

2

Неделю спустя

Никогда, никогда я не попадал в такую ситуацию, но всё бывает в первый раз, и вот сейчас я понял, что ситуация идиотская. Надо же было нанимателю двух наёмных убийц подослать наблюдателя. Пришлось его убить, а это растянуло моё пребывание на глазах двух, мягко говоря, удивлённых очевидцев. Теперь за мной охотятся и наниматели, и милиция, которая всегда лезет, куда не просят. Но для начала надо рассказать, что я сделал после того как завалил двух наёмных убийц и разнёс голову одному наблюдателю.

Я сразу же подошёл к подъезду и набрал код квартиры, которую я пока снимал. На въезде во двор появились двое каких-то прохожих, они не растерялись и набрали на мобильниках две спасительные цифры. Так что, как только я закрыл дверь подъезда, откуда-то издалека послышались завывания сирен. Я вызвал лифт и, зайдя в него, поехал на восьмой этаж. Оттуда я спустился на три этажа вниз по лестнице и позвонил в снимаемую мной квартиру. Мне открыл Серёга, во всяком случае, он сам просил себя так называть. Молча пустив меня к себе, Серёга закрыл дверь на три замка и на большой железный засов.

- Слушай, - я говорил тихо и убедительно. Спрячь меня у себя, пока всё не уляжется. Это примерно дня три-четыре.

- Всё путём, - Серёга повёл меня в дальнюю комнату, а всего их здесь было две. Посиди пока здесь. Эта квартира официально пустует, так что всё будет в порядке.

Серёга задёрнул светонепроницаемые шторы и повёл меня на кухню. Там он показал мне, где лежат запасы еды и питья.

А теперь я расскажу про двух киллеров, искавших меня целую неделю. Всё началось с того, что мне заказали старшего брата главного городского мафиози Виктора Марецкого Антона Марецкого. За него наниматель заплатил мне миллион рублей. Но это случилось в самом начале декабря. Я без проблем убрал Антона Марецкого. Но его влиятельный братец нанял двух убийц. Я об этом узнал, как только Марецкий-младший позвонил им. Всё благодаря моему человеку у Марецкого обычному мелкому преступнику. Но после того, как этот наивный идиот выполнил свою работу он позвонил мне и сообщил, что хочет получить за эту работу деньги. Я сказал ему, где встретить меня. Через два дня его труп нашли в сточном колодце. Что касается двух наёмников, они оказались полными идиотами, и об этом говорит хотя бы то, что я воспользовался бронежилетом и пристрелил их. Но ни Марецкий, ни эти два идиота, даже представить себе не могли, как я выкрутился прямо у них за спиной. Благодаря информации о готовящемся убийстве, я уже всё подготовил и направил двух наёмных убийц туда, куда они хотели ко мне домой. Разумеется, это моё временное укрытие, но пока это мой дом, и наёмники искали его, используя оба своих крохотных мозга. На второй день поисков они решили проведать место, где я бываю чаще всего: кафе «Кофе Хауз» в доме на Ленинском проспекте. Как только убийцы пришли туда, они подошли к одной из официанток и показали ей мою фотографию, одну из тех которые я любезно позволил им сделать днём ранее. Их вопросы были до ужаса банальными: «Вы его знаете?», «Часто ли он у вас бывает?», а закончился этот допрос совсем идиотской фразой: «Он вам что-нибудь о себе рассказывал?». Как будто мы живём в маленьком американском городке, где все друг про друга всё знают. Официантка выложила им всю правду. И о том, что знает меня, и о том, как часто я здесь бываю, и о том, куда направляюсь после выхода из кафе. Думаете, она просто всё подмечает и рассказывает об этом, кому попало? Конечно же, нет. Как только двое наёмников ушли, из подсобки вынырнул я и передал официантке её «чаевые» за подробный рассказ: пятьдесят тысяч свежими тысячными купюрами. А потом я ещё и перекусить успел, прямо за спинами обоих идиотов. Эта был первый облом киллеров. Кажется, хуже быть не может? Может. Второй облом это их огромный джип. Я, конечно, заметил громадный белый Toyota Land Cruiser около моего подъезда. И поэтому нацепил на себя бронежилет и вышел из дома утром как всегда с пистолетом. Что о фотографиях, то наёмники передали их Марецкому, и пусть он ими подавится!

А сейчас мне пришлось четыре дня сидеть на снимаемой квартире и ждать, пока не утихомирится наша доблестная милиция, обожающая вставать на моём пути. Вдобавок я выслушивал истории Серёги о его непростой жизни, о его учёбе, о его службе в армии и о прочем дерьме из разряда «Как же мне было тяжело, но я всё прошел, вот какой я молодец, гляньте-ка на меня!». Но вот наконец-то четыре ненавистных дня прошли, и милиция успокоилась. На часах было около девяти вечера, и я решил убраться, наконец-то из этого «Дома человека прошедшего всё», и я уже надел длинное чёрное пальто. Но для начала я сходил на кухню и извлёк из ящика два универсальных кухонных ножа с очень острыми лезвиями. Потом собрал сумку и направился к выходу.

- Ну вот, - сказал я, подходя к двери. Мне пора уходить.

- Стоять, - Серёга выскочил из своей комнаты прямо на меня и потянулся к слегка торчащей из его джинсов рукоятке. А кто мне деньги платить будет?

- Ах да. Вот твои деньги, ты их заслужил.

С этими словами я ударил Серёгу в солнечное сплетение, а затем воткнул ему в грудь два кухонных ножа, так, что они вошли в грудь Серёги по ручку. Я всё рассчитал: один нож попал в сердце, второй пробил лёгкое. Я достал оба ножа из напряжённо хватающегося за жизнь тела, и еле-еле успел отскочить в сторону, потому что кровь забила фонтанами. Почему я убил Серёгу? Во-первых, он свидетель моего существования, не пользующийся особым доверием, во-вторых, он один из жалких прислужничков Марецкого, и тот, скорее всего, забыл ему позвонить. Серёга, как и все жалкие прислужнички Марецкого, не отличался особым умом и носил при себе заряженный пистолет Glock 17 и наивно думал, что я не успею среагировать. Теперь надо было уничтожить все следы своего пребывания на квартире Серёги, правда, сейчас уже было неважно, чья эта квартира.

Я закрыл все окна и форточки, а на кухне открыл все конфорки газовой плиты и достал из сумки двухлитровую пластиковую канистру с бензином. Через полчаса я почувствовал, что газа в квартире уже достаточно, но для верности облил всю прихожую бензином. Слегка приоткрыв дверь, чтобы газ не выветрился сразу, я выскользнул из газовой камеры к лестнице, а вместе со мной выбрались ароматы бензина и газа. Я вылил остатки бензина так, что получилась дорожка от порога до лестницы. После этого я кинул канистру в квартиру и поджёг бензиновую дорожку зажигалкой. Сбежав по лестнице на три этажа вниз, я заткнул уши. Взрыв получился отменный.

Выйдя из подъезда, я сел в машину, чёрный Nissan Pathfinder. Сумку с вещами я закинул в багажник, но самое главное достал пистолет Desert Eagle .50AE с пятью дополнительными магазинами. Магазин в пистолете был заполнен тремя патронами из семи, понятно почему. Выехав на улицу Профсоюзная, я увидел, как из окна пятого этажа валил чёрный дым. Но мне некогда было на него смотреть, я ехал из Москвы домой, в свой постоянный дом. Всё просто отлично вписывалось в мой план. Пока я стоял на светофоре, я осушил до дна литровую бутылку «Липтона» со вкусом лимона, хотя все прекрасно знают, что никакого лимона там и в помине нет, и достал вторую такую же на дорогу.

Продвигаясь по улице достаточно быстро для вечернего часа-пик, я давно заметил чёрный кроссовер Volvo XC70, двигающийся за мной ещё от злополучного пятнадцатого дома. Вокруг уже замелькали билборды и маленькие таблички, показывающие, где же всё-таки находится МКАД, а это значило только одно: сейчас на кольце обычные вечерние пробки и оторваться от преследования чёрного Volvo мне удастся, только научившись летать. Но я и не собирался отрываться от преследования на МКАДе и учиться летать тоже. Нужно было место без такого фантастического количества видеокамер, гаишников, самоуверенных идиотов и тупых блондинок в слишком больших для них машинах. К таким машинам относится даже Land Rover Freelander, кстати, мне пришлось однажды встретить такую машину и, как назло именно с таким водителем. А ещё там, на заднем сиденье ехал здоровый парень с бейсбольной битой. Блондинка завизжала на меня из-за того, что я слегка поцарапал ей задний бампер, а парень с битой угрожающе приближался ко мне. Я сразу же вышиб биту из рук громилы левой рукой, а правой ногой врезал ему в бедренную кость. После хорошего удара я оставил эту парочку на обочине дороги, блондинку с открытым ртом, парня с открытым переломом.

Сейчас я медленно, но верно продвигался к Минскому шоссе и рассчитывал туда прибыть минут через сорок. Оттуда мигом на Можайское. Итого сорок пять минут. Я всё рассчитал точно и поэтому прибыл к Можайскому шоссе через сорок пять минут. Volvo продолжал двигаться за мной и свернул на двухполосную дорогу. На ней, конечно, не было ни одной машины и ни одного

человека в это время, а это значило только одно когда закончатся жилые дома, можно будет действовать.

Я остановился. Вокруг меня было несколько складов и ни одной живой души. Из машины я не выходил ждал, когда машина преследователей остановится, иначе я рисковал быть сбитым или расстрелянным в упор. Я проверил пистолет. В магазине три патрона пятидесятого калибра. Но я возьму не его, а кое-что ещё. Volvo остановился в десяти метрах от меня. Шоссе освещалось лишь светом придорожных фонарей и светом вывески какого-то пивного ларька, закрытого и никому сейчас не нужного. Из машины-преследователя вышли два невысоких человека в пальто, шляпах и кожаных перчатках. Они оставили двери открытыми. Машина стояла немного боком, и я разглядел очень большой зазор между спинкой водительского сиденья и подголовником. Но такой невысокий водитель не нуждается в таком гигантском зазоре, значит, у них внутри ещё человек и с автоматом сейчас он сидит на заднем сиденье, но стрелять будет из передней двери, выставив дуло автомата между подголовником и спинкой сиденья. Двое приблизились к моей машине на пять метров и остановились. У них в руках не было ни намёка на хоть какое-нибудь оружие. Я, не сводя глаз с проклятого подголовника, вышел из машины. Бояться не стоило, ведь на мне был бронежилет, но если у них в машине сидит стрелок, вооружённый автоматом с оптическим прицелом, мне необходимо осторожничать. Я вышел к двоим неизвестным, остановившись менее чем в метре от них. Достаточная дистанция для рукопашной атаки для меня и недостаточная для них. Если противник меньше тебя, поступать следует именно так. Одинаковые, как две пули калибра 7.62, они исследовали меня взглядом. Их глаза вертелись в орбитах с огромной скоростью, и это выглядело отталкивающе. Один из них приблизился ко мне на шаг и извлёк из-под лацкана пальто маленькую фотографию. Посмотрев на неё, он дал её мне и спросил:

- Знакомое лицо?

На фотографии было моё лицо. И тут я понял, какой же я идиот. Те двое говнюков, от которых я избавился на днях, были только отвлекающим манёвром Марецкого или наёмниками от другого синдиката, а эти двое говнюков уже реальная угроза, и именно они и есть нормальные наёмные убийцы. Я не заметил их ни разу. Они единственные, кто смог выследить меня за такое короткое время.

- Да, сказал я. - Вы всё предусмотрели, и всё учли, и посадили в машину человека, который сможет пришить меня, как только вы ему дадите знать. Но вы не учли одну деталь. Главную деталь.

Наибыстрейшим движением руки я достал из-под пальто два револьвера 500 S&W magnum, резко отступив на шаг назад, чтобы кровь не попала на ствол. Через десятую долю секунды из машины раздался звук простреленной головы, упавшей на заднее сиденье люблю этот звук, а ещё через сотую долю секунды оба наёмника лежали на асфальте с простреленными солнечными сплетениями. Я опустил револьверы. Один из них дымился чуть сильнее другого. Револьверы весили почти два килограмма каждый, и сейчас в руках очень хорошо чувствовался их вес почти четыре килограмма чистой победы. Я возвратил их в две кобуры под пальто и вернулся в машину. На асфальте дороги лежали два трупа, а в их машине лежал ещё один. Я завёл Nissan и поехал по шоссе дальше, скоро мой поворот. Свернув с шоссе, я тихонько прошептал:

- Вы не учли меня.

 

 

3

Московская область несколько километров от Можайского шоссе

Мой участок мало кто назовет большим двадцать соток он скрыт лесом и поэтому является очень секретным объектом. Его я получил как обязательный участок по программе для сверхсекретных агентов ФСБ, а я был им семнадцать лет, пока меня не выкинули вон из правительственных структур. Они там все думали, что я остался без работы и мне некуда будет податься, но я не из тех, кто соглашается с мнениями всяких придурков, и я без проблем нашёл работу. Наёмный убийца. В этой профессии всё было намного интереснее, чем в профессии агента ФСБ. Хотя бы потому, что я всего добивался сам, а к этому я привык, плюс меня никто не использовал. Начал я с малого. Нашёл нанимателя. Своего первого нанимателя. Он был не из лучших людей, которых я встречал в своей жизни до этого, но и до худшего ему было далеко. Он ни разу не назвал мне своего имени, наверное, потому, что не доверял мне. Работал я на него полтора месяца. Август и сентябрь.

У первого нанимателя я проработал так мало из-за крупного долга за «крышу», обеспечиваемую синдикатом «Юг». За долг нанимателя убили, а его имя навсегда осталось для меня тайной. За первые два месяца я выполнил три задания, за каждое из которых я получил сто тысяч. С этими деньгами я расставался быстро, потому что за всю свою жизнь, а особенно после фантастических зарплат в ФСБ я так и не научился экономить. За правительственные деньги я построил на своём участке дом, купил хорошее оружие, машину, но пришлось взорвать её в 2003-м вместе с врезавшейся в неё машиной главаря группировки «Брат», но обо всём по очереди. Итак, в середине октября, с ящиком в котором лежал мой любимый «Desert Eagle» .50AE с дополнительными магазинами и комплектом сменных стволов, а так же с десятью тысячами рублей в кармане, меня подобрал второй и на этот раз постоянный наниматель. Я звали Кисель, и он был известен огромным количеством влиятельных друзей. Все из крупных московских бизнесменов. Когда мы начинали работать вместе, в 2004-м, Киселю было около пятидесяти, но он держался как огурец в банке с рассолом. С самого начала Кисель проверял меня. Мою стрельбу, мою тактику боя, навыки убеждения и манеру разговора. После двух месяцев проверки Кисель сказал мне, что из меня ещё через два-три месяца получится первоклассный наёмный убийца. Начинал я с недорогих заданий: сто, сто пятьдесят тысяч, - и поэтому приходилось экономить. Но очень сильно я не экономил и потому до каждого следующего задания, а они поступали один-два раза в месяц, дотягивал с десятью тысячами рублей. На что я тратил сто пятьдесят тысяч за каждый заказ? Я снимал квартиру на Ленинском проспекте по совету Киселя, и квартира находилась рядом с третьим кольцом, в ней была новая мебель, кухня с новенькой техникой Siemens и поэтому квартира стоила шестьдесят тысяч в месяц. Я покупал продукты только в супермаркете «Азбука Вкуса» в том же доме. Одевался я в Timberland, Camel Active, Tommy Hilfiger и Gant. Что и говорить, а я люблю дорогие вещи. Одежду нужно менять, появляясь на людях в одном и том же, становишься запоминающимся. Обувь тоже стоила немало, и её тоже приходилось менять. Ещё я покупал патроны для пистолета, а иногда и новое оружие, его я хранил у Киселя, чтобы не привлекать внимание владельцев квартиры большими чёрными чемоданами. Каждый месяц я откладывал шестьдесят тысяч на новую машину.

Очень важны были принципы наёмного убийцы. Без принципов в этом мире никуда, даже если ты работаешь наёмным убийцей. «Какие могут быть принципы у наёмного убийцы?» - именно так говорят снобы в барах, поправляя очки и потягивая виски. Я отвечаю всем снобам: принципов достаточно, но самый главный известен по фильму «Леон»: нельзя убивать женщин и детей.

И вот я продолжал работать на Киселя. Мы сдружились, и он иногда платил мне за работу не деньгами, а каким-нибудь подарком. Недавно Кисель подарил мне часы Porsche Design Diver. Короче говоря, у нас складывались дружеские отношения, а в это время свирепствовала московская мафия. Сразу хочу сказать, что те, кто уверен, что после девяностых мафия исчезла и всё это в прошлом, идиоты. Мафия жива, и машины до сих пор взлетают на воздух. Мафия в моей жизни сыграла все роли от ключевой и до самой ничтожной и эпизодической. Об этом говорить, конечно, тяжело, но мафия начала мешать мне с самого моего детства. Многие убеждены, что никакой мафии в союзе не было, и быть не могло, но она существовала и готовилась выйти из подполья. На дворе стоял 76-й, и мне было всего ничего: восемь лет. Я рос без матери, а потому отец учил меня всему в той нелёгкой и непростой для меня жизни. Мы с отцом были на даче, отмечали мой восьмой день рождения. Скоро приезжали дальние родственники, не дядя с тётей, нет, это были дальние родственники в полном смысле этого слова, но какие бы они ни были дальние, они с отцом всё, что осталось у меня после исчезновения матери. Около двух часов дня мы с отцом услышали звук приближающейся машины. Отец вышел за ворота встретить гостей, но это были совсем не те гости, которых мы с нетерпением ждали. Четыре короткие автоматные очереди. Вот всё что я услышал. И тогда я побежал на дорогу и увидел отца. Он лежал в пыли без движения, а его руки лежали так, будто бы он хотел защититься ими от пуль. Вдали ехал фургон, из него выглядывал подросток лет пятнадцати, в его руках слегка дымился АК-47. Я уже был не такой маленький, чтобы не понимать, в чём тут дело. И тогда я заплакал. Потом приехали родственники, кто-то вызвал «скорую», Отца увезли. Я не спал два дня подряд. Всё не мог забыть гибель самого близкого человека. После этого я не отмечал свои дни рождения девять лет подряд.

Я не знал, почему это случилось, кому нужно было это убийство. Но со временем я пришёл в ФСБ и только там отыскал информацию, которая была неизвестна мне много лет подряд. Отца убрала мафия потому, что он подслушал о какое-то их планирующееся дело. И они пришли за ним. Когда я об этом узнал, у меня внутри словно сработал переключатель, переключивший меня на режим кровавой мести и убийства. В девяностые я начал зачищать подпольный бизнес и тогда во мне окончательно проснулось чувство, чувство побуждающее истреблять мафию, не убивать, а именно истреблять кроваво, но, не теряя рассудка. С тех пор я ищу убийцу отца и во время поисков уничтожаю преступников. Я не знаю, кто убийца, мне известно только его имя, говорят, что он на самой верхушке московской преступности. В самом начале пути он работал на советскую мафию, а затем создал банду. Но его банда не занималась грабежами и бездумным отмыванием денег, это были профессиональные аферисты, иногда продающие наркотики. И они неплохо зарабатывали. В девяностые банда поднялась почти на самый верх криминальных кругов Москвы, а спустя пять лет их глава стал главным мафиози Москвы и области. Это всё, что я о нём знаю. И его имя. Виктор Марецкий.

И сейчас я сижу на диване, уже прошло достаточно времени. Но я никогда не забуду. Никогда. И ничто меня не остановит. Я сижу на диване, и мне хочется плакать, но я не могу, за тридцать четыре года я почти полностью потерял эмоции.

 

4

Январь 2011 год проспект Вернадского

Раз в месяц я отправляюсь в торговый центр. Это одно из ежемесячных дел. После крупного заказа я решил не терять времени и отправиться, что-нибудь купить. Я приобрёл пару кроссовок, и четвёртый сезон «Доктора Хауса». Это ещё одна моя вредная или не очень привычка: сериал «Доктор Хаус». Последним пунктом моего списка была куртка Timberland, и я спустился на первый этаж.

Когда я покупал куртку и был уже у кассы, у меня зазвонил телефон. Голос в динамике тихо и монотонно произнёс:

- Я знаю о твоей профессии, и я с уважением отношусь к людям способным выполнять твоё дело гладко и чисто, без следов и улик. Я знаю многих наёмных убийц, но ещё я знаю, что только тебя можно смело называть лучшим из лучших. И именно поэтому

- Сходи к логопеду. Этими словами я оборвал телефонный монолог.

- Друзья шутят? улыбнулся продавец.

Я посмотрел на продавца, представив, как я медленно ломаю ему руку. Этот взгляд работает всегда.

- С вас двадцать три тысячи рублей, сухо продекламировал продавец.

Я извлёк из кошелька необходимую сумму и, захватив пакет с курткой, пошёл на подземную парковку.

Только я положил покупки в багажник, как зазвонил телефон. И снова он:

- Мы не договорили, но я не советую тебе снова вешать трубку. Слушай меня внимательно и постарайся ничего не упустить. Итак, я знаю, кто ты, знаю, где ты сейчас, и у меня люди по всему зданию, а это значит только одно: ты никуда не уйдёшь отсюда, а если попробуешь, тебя оглушат и принесут мне на блюдечке. Хочешь лишить меня такой приятной церемонии? Приди ко мне сам. Поднимись на третий этаж. Подсобка справа от входа в кинотеатр. Тихо заходишь, тебя там встретят, а потом по моим указаниям с тобой сделают всё, что необходимо, но не бойся, тебя не убьют. Нет. С тобой будут обращаться аккуратно. И не пытайся сбежать. Твои выходки тебя не спасут. Действуй.

Я отключил телефон. Сейчас важно было понять несколько фактов. Факт первый, он же самый важный: любому понятно, что телефонного уродца нет в здании, и неизвестно, где он может быть. Факт второй, он же Джонс: пистолет в машине, но в здание его не взять, металлоискатели везде, значит, эффектной перестрелки не будет. Жаль

На третьем этаже торгового центра как обычно было полно народу, и все толпились у касс кинотеатра. Я бесшумно проскользнул в подсобку справа от входа и сразу же наткнулся на тележку уборщицы с любезно предоставленным мне оружием: шваброй и совком для мусора. Я взглянул на следующую дверь. Тихо подойдя к ней, я с силой толкнул тележку в одну из створок. Через мгновение я сам ворвался внутрь через вторую створку и пробил голову странного вида парню в

16

неказистой куртке ручкой швабры. Тот повалился на пол, а ко мне уже подбирался здоровяк в зелёной водолазке. Он занёс руку со сжатым в ней кастетом над головой, но огрёб совком по физиономии и отступил на полтора метра. Я сделал пару разминочных движений совком и приготовился встретить новый удар Водолазки. Он не заставил себя ждать и обрушился недалеко от моей головы, оставив от старого доброго совка одни воспоминания. Я, конечно, самообладания не потерял и, орудуя шваброй и ручкой совка, нанёс Водолазке серию быстрых ударов. Мой противник закачался и рухнул с окровавленной челюстью на тележку. Я прощупал пульс: Водолазка был ещё жив. Поэтому я всадил ручку швабры в его голову и, крутанув влево и вправо, вынул её.

Я подозревал, что это ещё не все сюрпризы и, как всегда, оказался прав. Слева ко мне подкрался крепкого телосложения говнюк в солнцезащитных очках с маленькими квадратными стёклами и с маленькой бородкой, всё это делало его похожим на якудзу или на взбешённого северного корейца, которому задержали зарплату. Кореец-якудза и, вправду, обладал какими-то навыками боевых искусств, даже успел сделать несколько попыток обезоружить меня. В первый раз я просто отклонил его удар, во второй раз отбросил на пару метров в стену, но на третий сломал корейцу запястье. Злобный якудза попытался встать, но получил удар по очкам ребристой подошвой ботинка и остался лежать на полу с проломленным лбом в компании своих сотоварищей или просто коллег такой же не дышащий и не подающий других признаков жизни.

Дальше всё было предельно просто. Я выбежал на служебную лестницу и в прыжке а ля «Матрица» всадил ручки от швабры и совка в правый и левый глаза соответственно двум двадцати пяти летним прыщавым парням с бейсбольными битами в нетвёрдых прыщавых руках. Протащив двоих по лестнице, я извлёк ручки из их глаз и, миновав два трупа, сбежал по лестнице на парковку. Как только я сел в машину, у меня опять зазвонил телефон. Голос был всё тот же:

- Великолепное выступление. Ты меня несколько удивил, но не настолько, чтобы я остановился. Если ты решил, что ты такой весь из себя крутой, то ты ошибся, потому что это лишь начало. Тебя ждут такие интересные события, что ты не сможешь отказаться в них поучаствовать. Тебе будет даже интереснее, чем в 98-м, или четыре месяца назад, даже не представляю себе, что для тебя было интереснее.

Бросил трубку.

Я ехал домой. По стандартной схеме покружил немного, проверил, есть ли хвост. Хвоста не наблюдалось, а я отхлебнул лимонного «Липтона» и задумался о словах телефонного незнакомца. «в 98-м ну или четыре месяца назадчто для тебя было интереснее». 98-й Что было в этом году? Я взглянул на чемоданчик. Внутри лежал Desert Eagle .50 AE. Я остановился на светофоре и слегка приоткрыл чемоданчик. В глаза сразу бросилась, да что там бросилась, вцепилась маленькая царапина на стволе около дула. Я постепенно начал вспоминать. 98-й. Чертаново. Банда отморозков и двое лет тридцати на вид... А память у меня не отшибло. Я помню

­­­___

1998 год октябрь район «Северное Чертаново»

Было темно, очень сухо, непривычно сухо для октября и очень тихо. Всё это нагоняло ощущение незащищенности от окружающего мира. Я шёл домой, в съёмную квартиру в Чертаново, в этом пропитанном преступлениями районе Москвы. Дул слабый северный ветер. Я уже подходил к панельному дому. На часах семь вечера. Перед подъездом я остановился. Несколько здоровяков в спортивных костюмах окружили двух людей. Я спрятался за гаражом и наблюдал.

- Ну, чё? самый здоровенный из здоровяков обратился к застигнутым врасплох «искателям приключений». Деньги даёшь, или по морде?

- Разве что по твоей морде, - один из окружённых открыл швейцарский нож.

- Рискни здоровьем! самый большой здоровяк подался вперёд, стоящий рядом здоровяк достал пистолет из-под спортивной куртки, двое других вынули мачете. Ща зубы снесём! Давайте!

Остальные здоровяки угрожающе наступали на своих жертв.

- Здоровьем рискуете только вы, - я вышел из-за гаража с пистолетом в руке. Бегите пока ваши головы на месте.

- Слышь, ты! Рявкнул главный здоровяк, но не успел закончить свою речь. Пуля уже прошла его голову насквозь.

Остальные здоровяки кинулись врассыпную, но их первый детский разряд по бегу не спас их от пуль. Я направился к спасённым. Подойдя к ним, я поднял пистолет, обладатель ножа расценил это как угрозу и вскинул нож, слегка царапнув ствол моего пистолета. Я убрал Desert Eagle под пальто.

- Вам очень повезло, что я сегодня рано возвращаюсь домой, а не то от вас остались бы только два трупа. С этими словами я пошёл к подъезду и скрылся в нём. Не представляю, что обо мне думали два человека, которых, не знаю, какие странные дела привели в Чертаново.

___

Так 98-й я вспомнил, теперь надо поднапрячь память и припомнить, что было четыре месяца назад. Кажется, заброшенный склад недалеко от комплекса Москва-Сити, только на другом берегу реки

___

2010 год конец октября, заброшенный склад недалеко от «Москва-Сити»

На складе собралась сходка клана «Крышка». Этой сходки не было в планах ни одного из её членов, а всё из-за убийства главы клана Открывалки. Его тело нашли в мусорном баке в Бутово с ножом в груди и надписью на спине: «Предупреждение». Так предупредить умею только я. Так вот, новый глава клана Синтепон поднялся на бетонное возвышение в центре склада и кашлянул, громко, отчётливо и раскатисто кашлянул. Все в «зале» повернулись к Синтепону.

- Все знают, - Синтепон говорил отрывисто, делая паузы через каждые два-три слова, он считал, что это придаёт его словам больший вес и смысл. Почему мы здесь собрались. Убили Открывалку, нашего большого друга. Он умел находить лазейки там, где их, на первый взгляд не было, умел убеждать людей и, буквально открывать всю их сущность и пользоваться ею. За это его так и прозвали. По всем признакам нашего любезнейшего друга убрали не без помощи наёмного убийцы. И я пригласил лучшего специалиста по наёмным убийцам, последнего члена «Неубиваемой Пятёрки» и так же нашего замечательного друга. Приветствуйте: Австриец!

Все на складе дружно захлопали Австрийцу. Он вошёл на склад с улицы. Весь он был в одежде Lacoste, и в той же туалетной воде.

- Да, да, да. Австриец медленно подошёл к Синтепону и потеснил его с бетонного возвышения . Я прекрасно знаю, кто убил Открывалку, недаром я специалист по наёмным убийцам. Открывалка тоже был членом «Неубиваемой Пятёрки», и мы с ним плечом к плечу проворачивали величайшие дела. Жаль, что его больше нет с нами. Сожалею. Но к делу. Киллер, убивший Открывалку, он не просто убийца, обычных наёмных убийц много, а он единственный, он отчасти художник, он в некотором смысле создаёт убийства, творит их, применяя все свои навыки истинного скульптора. Никто не убивает, как он. Он изощрённо продумывает все детали. Когда-то его звали Гуру. Он работал в ФСБ и выполнял наисложнейшие задания, доверенные ему одному. Потом его изгнали. Да-да, именно изгнали из службы безопасности. Но Гуру не растерялся и стал наёмным убийцей, а скоро ещё и лучшим из лучших наёмных убийц города, области и страны. Тогда он стал Великим Гуру. Я уверен, что если мы хотим мстить ему за Открывалку, надо действовать, как можно быстрее, умнее и хитрее чем Гуру. Я последний, кто остался от «Неубиваемой Пятёрки» и

Снаружи здания раздался быстро оборвавшийся крик одного из охранников. У него была перерезана сонная артерия. Все, кто был внутри склада, засуетились, телохранители извлекали из-под курток и пальто пистолеты и пистолеты-пулемёты. Синтепона прикрыли двое громил, вооружённые автоматами Калашникова, а Австриец достал из-под пальто Lacoste пистолет Beretta 93R и направил его в главный вход. И тут погас свет. Раздался ещё один короткий предсмертный крик, тело охранника свалилось на бетонную плиту у входа на склад. Несколько телохранителей в здании открыли шквальный огонь по стене у входа из восьми автоматов сразу. Внезапно группа телохранителей у двери в конце склада упала в собственную кровь с кусочками костей и мозгов. Из дверного проёма полетели пули сорок пятого калибра, превращая всех на своём пути в кроваво-костлявое месиво. Патроны кончились. Надо перезаряжать. А ладно, возьму пистолеты. Я оставил два дымящихся UMP45 на бетонном полу и выхватил пару блестящих хромированных пистолетов Desert Eagle калибра .357 magnum на каждом из них был включённый фонарик и коллиматорный прицел. И вошёл я в здание склада.

Остатки клана «Крышка» прятались за ящиками и перегородками, а я ворвался внутрь, чтобы уничтожить всех. Ворвался. Это слово следует подчеркнуть два раза большими жирными линиями. Первую пулю из правого пистолета получил наглый парень в рэперской кепке, вторая, уже из левого, досталась громиле с маленьким чешским пистолетом-пулемётом «Скорпион». Следующие одиннадцать пуль получили одиннадцать охранников Синтепона в разных концах склада. Остались только Синтепон, два прикрывших его громилы и Австриец.

Голова первого громилы Синтепона выглянула из-за бетонной перегородки и сразу вернулась обратно, но уже с дырой во лбу. Четырнадцатая гильза вылетела из экстрактора. Я спрятал левый пистолет под пальто и вынул гранату M-67. Вырвал чеку указательным пальцем правой руки. Граната описала красивый полукруг и взорвалась за перегородкой. Я подбежал к Синтепону.

- Ты знаешь Виктора Марецкого, знаешь, где его найти? Я говорил спокойно, не теряя самообладания и собственного достоинства. Он оставил огромный, мерзкий и очень грязный след в моей жизни.

- Я не знаю, никто не знает. Синтепон еле-еле выговаривал слова. Но есть один, кто в курсе.

- Кто это?

- Его зовут Курок, он торгует оружием в южном округе, но мне не известно точно, где он. Синтепон указал на Австрийца. Зато он знает всё. Глава клана «Крышка» смотрел на меня с улыбкой. Мне уже за пятьдесят. Убьёшь ты меня или нет мне абсолютно всё равно.

- Не прикидывайся, совсем не всё равно.

Я выстрелил. Ничего особенного, просто выстрел, но в моей жизни как будто заполнилась одна из пустот, больших пустот. Я упал на колени и боковым зрением увидел Австрийца. Резким рывком я выбил 93-ю Беретту из его руки и схватил лацканы дорогого пальто.

- Синтепон сказал, ты много знаешь Я утащил Австрийца за ящик с какими-то мешками Знаешь, где найти Курка, торговца оружием?

Неожиданно у Австрийца прихватило сердце. Он схватился за грудь и упал на меня. Я прощупал ему пульс и грудь, он не притворялся. Я не мог его убить, правила не позволяют. Из-за машины в другом конце склада выпрыгнул охранник и выпустил несколько очередей из автомата АК-47. Я схватил Австрийца и потянул его к полу, но он вырвался. Не в припадке, не от боли, просто вырвался и попал под пули. Я пристрелил охранника около машины и посмотрел в лицо Австрийца, и узнал это лицо. Я спас его в 98-м, его и кого-то ещё, его брата, я уверен, что это был его брат.

- Почему ты вырвался? Я мог тебя спасти.

- Моя жизнь ни к чёрту то ли прошептал, то ли прохрипел Австриец Я не сделал ничего по настоящему дельного, а жить с таким чувством и больным сердцем глупо. Найди моего брата. Скажи, что меня убили. Брат не поверит, что я сам хотел умереть, но

Австриец опустил голову.

Я достал из кармана ручку и кусок бумаги. Быстро набросал короткую записку: «Я спас твоего брата двенадцать лет назад. Теперь он мёртв. Сожалею». После всего проделанного я вышел через заднюю дверь, подобрал автоматы UMP45, сел в машину и поехал домой.

___

На светофоре зажёгся зелёный свет. Теперь я знаю, почему за мной охотится этот псих. Он думает, что я убил его брата. Его брат был прав, он ни за что не поверит, что это было самоубийство. Я глотнул ещё «Липтона» и поехал быстрее. Домой.

 

 

5

Февраль 2011 год Московская область несколько километров от Можайского шоссе

Я смотрел новости. Меня интересовали совсем не глобальные события, а новости одной строкой. «Убит предприниматель Владимир Ангорский». Телевизор погас. Я узнал, что хотел. Два удара ножом в грудь и его уже нет с нами. Для всех наивных обывателей - предприниматель, для своих торговец наркотиками из Афганистана. Пара ниточек от него ведут к Курку, продавцу оружия из городского подполья. И это уже не задание, это, как я это называю кровавая уборка мусора с элементами первосортного боевика.

Подготовка не заняла много времени. Я уложил все необходимые вещи в машину и выехал за ворота. В дороге я вставил в магнитолу диск с музыкой Шуберта. Под «Трио № 2 для пианино скрипки и виолончели» машину слегка потряхивало на выбоинах и ухабах. Я выехал на шоссе. Сейчас база Курка расположилась в южном округе, где-то в «Чертаново». Курок скрывается, но продолжает продавать оружие всем, кому не лень, он не привередничает и со всеми находит общий язык. Скоро я нарушу его спокойное существование.

На часах полдень, а мне оставалось всего ничего до базы Курка. Вот я въехал на территорию школы, грязного панельного здания каких здесь полно. Здесь есть старая подземная парковка. Два года назад она никому не принадлежала, и Курок с бандой здесь обосновались, разумеется, припугнув управление школы и местных мелких преступников. У меня был неплохой план, чтобы пробраться в логово Курка и перестрелять там, как можно больше его людей. Nissan Pathfinder остановился недалеко от въезда на всеми забытую парковку. На одной из створок старых ворот был наглухо закрытый тяжёлой дверью проход внутрь. Пришло время уничтожать.

Я подошёл к двери и еле-еле просочился в неё. За спиной на ремне у меня висел большой чёрный чемодан, в руках я держал ещё два увесистых чемодана, их содержимое являлось частью плана. Двое охранников подошли ко мне вплотную.

- Что в чемоданах? первый охранник был настроен серьёзно, об этом также говорил пистолет Taurus PT92. Его рукоять виднелась в кобуре под курткой охранника.

- Кое-что для твоего босса, - это была чистая правда. Он будет очень доволен, если ты меня к нему пропустишь, может быть, даже повысит тебя в должности.

Охранник отошёл в сторону, пропуская меня в следующее помещение. В глазах его напарника загорелся огромный знак вопроса, но было уже поздно, я вошёл в главное помещение, которое вполне можно было назвать залом, к боссу этого района, Курку. Он сидел на диване за большим, но низким столом, рядом с ним расположились две шестёрки Курка. Ни их имён, ни их кличек я не знал. Все трое оживлённо разговаривали, а один из шестёрок курка смеялся через каждые два слова, даже не смеялся, а ржал как конь, выбравшийся из душного загона на простор. Вокруг всего этого веселья стояли четыре охранника, сжимая в руках пистолеты-пулемёты Mini UZI.

- Здравствуйте, господа, - Тихо произнёс я, снимая с плеча большой чемодан. Я хочу вам кое-что предложить, и я уверен, что отказаться вам не удастся.

- Давай начнём сначала, - Курок резко выбросил вперёд своё худощавое тело само по себе напоминающее тонкий курок небольшого револьвера. Кто ты такой? Я ведь тебя даже не знаю! В глаза тебя ни разу не видел, чёрт подери!

- Я Гуру, Великий Гуру, и я торгую очень хорошим, качественным оружием. Оно даже лучше твоего, и я предлагаю тебе взглянуть на некоторые мои товары.

- Ну ладно. Я тебя не знаю, но пока ты внушаешь доверие. Курок вернулся на диван. Показывай, с чем ты ко мне пришёл, но учти, никаких выкрутасов, а не то моя охрана расстреляет тебя в мясо!

Я сел на кресло напротив стола, а затем положил на стол чемодан, который я до этого держал в правой руке. И начал выкладывать его содержимое на стол.

- Посмотрите сюда, я не уверен, что эти парни вооружены чем-то подобным, - Я указал на охранников в помещении и достал из чемодана винтовку G36C. Эта одна из самых популярных «киношных» винтовок, рядом с ней M16, которая лежит у тебя на диване просто детский лепет.

Я вошёл в роль торговца оружием и продолжил представлять оружие Курку и его шестёркам. Из левого чемодана я выложил пистолеты HK Mk. 23, HK USP expert и револьвер Taurus Raging Bull (В переводе с английского бешеный бык). Как только я положил револьвер на стол шестёрка Курка, тот, что сидел справа, уставился на него и заорал:

- Обожаю большие револьверы! Самые крутые пушки в мире! А какой калибр?

- 454 Казулл - Спокойно ответил я, открывая чемодан, который я нёс в правой руке.

- Кефир, ты полный придурок, - с широченной улыбкой сказал второй дружок Курка. Все револьверы полное дерьмо.

- Тихо! Курок снова подался вперёд. Мне интересно, что нам предлагает Гуру, так что я попрошу вас, - он выдержал многозначительную паузу. Заткнуться немедленно!

Я не обращал внимания на крики Курка и его дружков, я просто открыл второй чемодан и продемонстрировал четыре пистолета-пулемёта FN P90, лежавших по бокам от снайперской винтовки AS50.

- Это снайперская винтовка пятидесятого калибра ещё только проходит испытания в армии США, но у меня она уже есть и не какая-нибудь китайская подделка, а настоящая британская сборка. Но стоит она недёшево, так как это эксклюзив.

Глаза Курка загорелись. Было видно, что ему понравилась винтовка не из-за её прекрасных снайперских качеств, а из-за большого калибра и устрашающего вида.

- А сколько же она стоит? Курок продолжал смотреть на винтовку с огромным интересом.

- Двадцать пять тысяч долларов.

- Может быть я её куплю. А что у тебя вон в том чемодане? Безымянный палец торговца оружием был направлен на самый большой чемодан.

- Десерт, - Ответил я и открыл чемодан.

Внутри лежал не просто десерт, а обед из трёх блюд 83-х миллиметровая базука Mk. 153 SMAW. Из всех многоразовых базук, которые я когда-либо использовал эта самая лучшая.

- Да, это потянет на десерт! Воскликнул Кефир, глядя на базуку.

Второй шестёрка Курка потрогал базуку левой рукой, гладя её как маленького котёнка.

- Неплохой ассортимент. - Курок деловито осматривал оружие на столе. Я, пожалуй, возьму вот эти, - Он указал на FN P90. Все четыре. Давно хочу охрану перевооружить. И для себя «ю эс пи эксперт», а то полгода хожу с семнадцатым «глоком», как последний придурок. Эй! Курок подозвал охрану около входа к столу с разложенным на нём оружием. Подойдите-ка сюда, и вы тоже, - Это относилось к охране внутри зала.

Все шестеро охранников подошли к столу. Курок объяснил, в чём дело, и показал им бельгийские пистолеты-пулемёты.

- Недурно. - Один из охранников взял в руки P90.

- Положи, - сердито сказал Курок. Не в моих правилах брать пушку, не заплатив за неё. Итак, - глаза оружейного торговца смотрели на меня, словно он пытался прожечь меня. Он хотел узнать. Очень хотел. Я удивлён таким ассортиментом, но я ни разу не встречал, ни тебя, ни твоего имени. Отсюда очень хороший вопрос. Кто ты?!

Курок произнёс это так громко и многозначительно, что остальные восемь человек в зале притихли и посмотрели на меня. Кто-то из них приготовил оружие, Кефир тяжело дышал.

- Ты, возможно, слышал обо мне раньше, - Я встал с кресла и немного раздвинул полы пальто. Я известен не только как Великий Гуру, но и как Сюрприз. Меня так прозвали за непредсказуемость.

Я подался вперёд и схватил маленький пулемёт. Охранники рванулись оружию, но было уже поздно, слишком поздно.

Одиннадцать пуль калибра 5,7 миллиметра вылетели из дула, мгновенно уложив охрану Курка на пол. Я отбросил P90 в сторону и выхватил из-под пальто пистолет M1911. Обе шестёрки Курка легли на диван, их головы прострелены насквозь пулями сорок пятого калибра. Я медленно подошёл к самому к самому Курку, вид у него был испуганный. Не стальной курок от револьвера Smith & Wesson калибра .500 magnum, а курок от ничтожного револьвера 38-го калибра.

- Что я тебе сделал? Курок зарыдал от страха. Если тебе от меня что-то нужно, говори я сделаю всё, что ты хочешь, но прошу: не убивай меня!

- Хорошо, - Моё лицо не выражало ни единой эмоции. Но мне нужно знать всё, что ты знаешь про Виктора Марецкого, насколько мне известно, ты его хороший друг.

- Если бы я был его хорошим другом, я не сидел бы в этом гнилом районе, продавая второсортные пушки кому попало, а торговал бы лучшими стволами, как ты, где-нибудь в центре. Из глаз Курка вновь полились слёзы. Умоляю, оставь меня в живых, прошу!

Если Курок ничего не говорит под дулом пистолета, он действительно ничего не знает. Он из тех, кто расколется и сдаст любого, если приставить к голове ствол.

- Я оставлю тебя в живых, но сначала сделаю кое-что ещё.

- Что же?

- Убью тебя.

Выстрел. Брызги крови. Курок словно прилёг отдохнуть на полу. Вдруг из-за занавески в дальнем конце зала появился невысокий человек с клочком бумаги в руках. Я направил на неожиданного гостя пистолет.

- Не убивай меня, у меня есть послание для тебя. С этими словами невысокий человек подошёл ко мне и аккуратно передал мне клочок бумаги.

«Послание» оказалось обычной запиской, написанной быстро, но аккуратно и с какой-то ненавистью.

Великому Гуру (Пусть я и не уверен, что ты так велик, как говорят.)

Ты, как я думаю, уже понял, за что я тебя ищу и за что так ненавижу. Ты убил самого близкого и понимающего человека во всей моей жизни младшего брата. Не знаю зачем, не знаю, что он тебе сделал, но ты совершил большую ошибку. Но не беспокойся, я обязательно исправлю это недоразумение, и ты будешь тому свидетелем.

Швейцарец

P. S.

Убей того, кто отдал тебе записку, надеюсь, что это не будет слишком сложно, а он недалеко от тебя.

Выстрел в упор. Я убил его не из-за записки. Передавший мне записку человек, скорее всего, был мелким преступником, судя по раскладному ножу в нагрудном кармане рубашки и двум золотым кольцам на татуированных пальцах. А я истребляю преступность в городе.

Погрузив чемоданы с оружием в машину, я вдавил педаль газа в пол. Швейцарец не остановится ни перед чем, чтобы отомстить за смерть брата. Я его понимаю, но убедить, вряд ли, смогу. Его брат был прав, говоря, что Швейцарец никогда не поверит в его желание умереть. Может быть, я смогу доказать Швейцарцу свою правоту при встрече, но я в этом не слишком уверен. Пора разобраться, кто такой Швейцарец.

 

Автор - Даниил Макаревич






 
 



Уважайте авторов, не копируйте матриеал без ссылки. Майкл Студиос 2007—2016. Правила публикации наших материалов. Изложить свои мысли