Великий Гуру. Третья глава

Ветвистое древо. Логотип
Помочь сайту

Журнал Наш Манифест Музеи Партнёры Услуги




« Предыдущая глава | Следующая глава »


Глава третья

«Следуй своей дорогой, и пусть другие люди говорят что угодно».

Данте Алигьери

 

1

Июль 2011 год Московская область недалеко от Можайского шоссе

Восемь часов семь минут. Великий Гуру встал с кровати. Он оделся, умылся, отпил несколько глотков из полуторалитровой бутылки воды Vittel, а всего пил он три литра этой воды в день. Гуру вышел на веранду и открыл дверь на улицу. Утренний прохладный июльский воздух хлынул в дом. Собирался дождь.

Великий Гуру открыл дверь на лестницу, ведущую в подвал. Он спустился вниз и открыл стальную дверь. Закрыв за собой дверь подвала, он приступил к регулярному утреннему делу – осмотру оружия. На стенах поместились самые разные пистолеты, револьверы пистолеты-пулемёты, штурмовые винтовки, пулемёты, снайперские винтовки, несколько гранатомётов, несколько реактивных гранатомётов, дробовики. Вдоль стен невысокие железные комоды с патронами, гранатами, аксессуарами к различному оружию и реактивными гранатами.

Гуру снял со стены автоматический дробовик AA-12, намочил одноразовую тряпочку в банке с водой и протёр ей дробовик от пыли. Как давно он его не использовал. Но скоро дробовик пойдёт в бой, бой с преступниками. Гуру повесил АА-12 на стену и прошёлся взад-вперёд по бетонному полу. Великий Гуру открыл дверь в самом конце оружейного подвала и ступил на такой же бетонный пол подземного гаража.

Обойдя автомобиль Nissan Patrol и, посидев за рулём три-четыре минуты, Великий положил в бардачок свежие выпуски журналов «Идеи вашего дома» и «Интерьер + дизайн». Гуру давно хотел обновить гостиную. Он вышел из машины, захлопнул дверь и быстро вернулся в дом, заботливо запирая за собой все двери. За окном послышались звуки бьющих по стеклу капель, начинался дождь. Гуру улыбнулся, глядя в окно. Он всегда любил дождь, любил его звучание, особенно когда он ехал на машине по свободной дороге или как сейчас занимался домашними делами.

Гуру взял с полки книжного шкафа книгу Хью Лори «Торговец пушками». Гуру приближался к концу книги, и она ему страшно нравилась, редкая книга могла ему так понравиться, как эта. Любимыми книгами Великого Гуру для чтения вот в такой летний дождливый день по-прежнему оставались британские и ирландские произведения. В британских книгах каждый абзац был пронизан остроумием и неповторимой игрой слов. Сочетание высокой речи и бранных слов тоже было визитной карточкой британских книг. Например, у Хью Лори такие предложения можно найти в любом диалоге, а Стивен Фрай распределял такие фразы по самым неожиданным местам. Ирландский нуар вполне мог называться «крепким как ирландский виски», хотя Гуру никогда и не пил виски, как и никакой другой алкогольный напиток.

Дождь барабанил по окнам и крыше. Гуру читал книгу и изредка смотрел в окно.

Двенадцать часов сорок две минуты. Дождь закончился. Гуру дочитал «Торговца» и положил его на полку. Он спустился в подвал, взял из ящика комода пистолет Beretta 92FS, прошёл в гараж и выехал на машине из-под земли. Выйдя из машины, Гуру запер входную дверь снаружи и выехал за ворота. Он ехал в супермаркет за продуктами, в торговый центр за свитером и футболкой-поло. С новой силой пошёл дождь и Гуру включил стеклоочистители. Он любил смотреть на мерное движение стеклоочистителей по лобовому стеклу. Его это всегда успокаивало, как бы спокоен он ни был, это делало его ещё умиротворённее.

___

Июль 2011 год Жилой комплекс «Воробьёвы Горы»

Полиция, – а она уже называлась именно так, – оцепила дорожку перед главной башней элитного жилого комплекса. Вокруг кровавого месива стояли два полицейских. Лица их выражали отвращение к кровавому месиву и интерес к убийству наркоторговца, убийству продуманному и изощрённому. Лейтенант ГУВД Москвы Алексей Терёхин наклонил голову на бок и с ненавистью к жаре, стоявшей сейчас на улице, отёр лоб ладонью от пота. Потом он поправил футболку, – а форму Терёхин не признавал, – и задал своему другу и напарнику Артёму Салимову в некоторой степени решающий вопрос.

– Когда приедут криминалисты?

– Без понятия. – Салимов поправил кепку Reebok и тоже отёр лицо. – Сотникова убрали, а мы-то знаем, за что его уволили, он же употреблял кое-что. – Салимов щёлкнул пальцем правой руки по шее. __ Кое-что не очень уместное в полиции. Мы теперь без классного криминалиста остались. А эти новые, такая школота, что просто невозможно с ними нормально работать, ничего не понимают.

– А вот и школота. Я их встречу, подколю пару раз, а ты пойди и опроси охранников этой громадины. – Терёхин окинул взглядом три башни «Воробьёвых Гор» и пошёл к только что остановившемуся фургону «Газель» с криминалистами.

Три недавних студента в белых халатах и с чемоданами, в которых гремели колбы и ещё какие-то штуковины, как их называл сам Терёхин, высыпали из «Газели» и двинулись по бежевой брусчатке к кровавому месиву. Терёхин выдал криминалистам пару колкостей, и они промолчали в ответ, изображая серьёзность и напыщенность. В это время грузный старший лейтенант Салимов протиснулся за стойку охраны в холле главного корпуса и задал собравшимся там сотрудникам несколько стандартных и пару нестандартных вопросов. Потом он захлопнул кожаную папку, прошёлся взад-вперёд по холлу и опустился на диван, поправляя воротник рубашки-поло, купленной в спортивном магазинчике где-то на севере Москвы.

– Ты что тут сидишь? – Терёхин вошёл в холл. – Там школота работает, а я в этом как следует, не разбираюсь, а ты учился ещё и на криминалиста. Так что давай-ка пойди и проконтролируй.

Салимов нехотя поднялся с дивана и медленно побрёл к команде криминалистов. Терёхин прошёлся по холлу и осмотрел лифты. Он поднялся в пентхаус. Там тоже трудились два эксперта. Терёхин также относил их к школоте.

– Ну как тут дела? – Терёхин оглядел команду и повернулся на носках кед синего цвета. – Где гильзы? – Толком он в экспертной криминалистике не разбирался и поэтому задал контрольный вопрос.

– Гильз от пистолетов убийцы нет. Он мог их подобрать. Здесь только гильзы оружия жителей пентхауса.

– Я бы их жителями не называл. – Терёхин похлопал криминалиста по плечу. – Это скорее обитатели, но никак не жители.

– Но ведь это одно и то же, как-никак, – нерешительно ответил представитель школоты.

– Эх, мал ты ещё. – Терёхин ещё раз похлопал криминалиста по плечу и прошёл вглубь пентхауса.

Обгоревший чемодан в гостиной уже осматривал второй эксперт. Терёхин вышел на веранду и посмотрел вниз, на все сто пятьдесят метров. Там виднелось красное пятнышко. А тем временем внизу работал Салимов.

– Ну, кто же так берёт соскоб, а? Здесь сплошная кровь, можно и нормально с этим справиться, в конце концов. А ты что? Это частицы одежды, их же нужно отделять от кровавой массы, отделять, а не класть её в одну пробирку. Давай, сделай это ещё раз. Что бы вы здесь делали без меня? Подумайте.

Салимов поправлял воротник футболки-поло, почёсывал затылок и направлял новоиспечённых экспертов на верный путь.

___

Июль 2011 год Москва где-то на проспекте Вернадского

А Гуру поправлял воротник футболки-поло Gant, стоившей раз в шесть-семь дороже, чем аналогичная одежда старшего лейтенанта Салимова. Гуру постоял в примерочной двадцать секунд и отнёс свитер и поло на кассу.

Великий Гуру стоял в пробке на проспекте Вернадского. Он открыл журнал «Интерьер + дизайн» и почитал небольшую заметку о последних выставках дизайна в Италии. Пробка постепенно рассосалась, Гуру быстро нажал на газ, но застрял в следующей пробке и начал вспоминать досье Швейцарца и Виктора Марецкого. Только биография, биография и ещё два раза биография. Полковнику Тимирязеву, по мнению самого Великого не стоило верить, он не понимал, почему Кисель ещё не раскусил полковника. Гуру знал много о Тимирязеве, но сейчас уже забывал, так как не придавал этому особого значения. Но здесь, в пробке он напряг память, чтобы вспомнить как можно больше о полковнике. Коррупционные схемы, скандал, связанный с мафией. Кисель мог держать при себе Тимирязева как информатора о делах мафии. В таком случае Кисель рисковал, но на него совсем не похож такой риск, опасность предательства слишком высока. Если это так, Кисель ни за что не признается в этом Гуру, чтобы не слышать предостережений и замечаний.

Гуру очнулся от мыслей. Пробка тронулась, и он свернул на Ленинский проспект. Тут его кто-то подрезал. Справа промчался красный Aston-Martin DBS. За рулём Гуру успел рассмотреть мажора лет двадцати трёх. «Вот мелкое говнецо», - подумал Гуру, резко газанул к «Астон-Мартину» и подрезал его с такой силой, что мажор чуть не врезался в заграждение на краю дороги. Ни на одну камеру не попал этот случай. Никто не рассмотрел лицо или номер машины Гуру. Почерк профессионального наказания мелкого говнеца.

Уже вечер. Снова пошёл дождь. Гуру принял душ и заглянул в холодильник. Сегодня он не заехал за продуктами, но завтра это можно сделать эффективнее – холодильник будет пуст. Гуру никогда не делал запасов, если не видел в этом стратегической необходимости. Треть часа он потратил на готовку классических спагетти с помидорами и ещё двадцать минут на саму еду.

В десять часов вечера Гуру пошёл спать. Завтра надо встать рано и поехать к девяти часам в «Азбуку вкуса» на Мичуринском проспекте.

 

 

2

Июль 2011 год Москва улица Петровка

Лейтенант Терёхин сидел за письменным столом и заполнял ненавистные ему бумажки. Ему было тридцать четыре года, он был холост и нацелен на повышение. Ему оставалось совсем чуть-чуть, а с таким делом как это не стоило обращать внимание на остальные факторы вокруг себя. Убили наркоторговца, крупного, но не московского. Откуда он точно Терёхин ещё не выяснил, но тут дверь открыл Салимов. Он с усталым видом сел за письменный стол рядом с Терёхиным и откинулся на стуле назад, вытер лицо и глянул на подоконник.

– А вентилятор работает вообще? – Салимов встал, подошёл к открытому окну, глянул на улицу Петровка и повернул, стоящий на подоконнике и работающий на полную мощность, вентилятор к своему рабочему месту. – Вроде работает. Терпеть не могу жару.

– А я терпеть не могу бумажки, – Терёхин собрал несколько бланков и кучку отчётов в одну стопку и положил на край стола. – Но сейчас я уже закончил. Теперь давай-ка поговорим о главном: Что ты вызнал про убийство торговца наркотиками.

– Он не московский дилер, а обычно живёт в Ярославле. Сюда он приезжает только по вторниками. Во всяком случае, охранники комплекса видели его только по вторникам, а ночью в среду он куда-то уезжал и не возвращался до следующей недели. Ходил он всегда с одним или более охранниками. Его никто не видел одного. У него был бизнес. Рядом с обгоревшим чемоданом в гостиной его дома обнаружены частицы кокаина. Если чемодан был полон, то в нём могло быть кокаина килограммов десять. Эксперты говорят, что это максимум. Всех охранников и самого торгаша застрелили из девятимиллиметрового пистолета типа Беретты. Криминалисты говорят, что работал профессионал. Ни одного отпечатка, ни одной гильзы. Из важного это всё. Остальное – нелюбимые тобой детали. Ах да! – Салимов слегка хлопнул себя ладонью по лбу. – Чуть было не забыл, что у нас есть фоторобот наркоторговца и неплохо было бы тебе на него посмотреть. Он сейчас лежит в лаборатории.

– Про гильзы-то я знал, а вот остальное важно. Спасибо тебе, что поговорил с этими экспертами, – Терёхин притворно закатил глаза, - А то я их не выношу! Пойдём посмотрим фоторобот.

 

– Нам бы поторопиться, скоро нагрянет Тимирязев после поездки в министерство, а он всё свалит на нас. Что мы форму не носим, что не своим делом занимаемся и т. д. и т. п.

Так, за разговорами они дошли до лаборатории криминалистов. Попутно они успели: поприветствовать одного майора, подшутить над тремя сержантами и перекинуться парой фраз с четырьмя своими друзьями: одним майором, одним лейтенантом и двумя младшими лейтенантами. Вот так.

___

Июль 2011 год Московская область Одинцово

– Говно! Чёртово дерьмо, дерьмо, говно, говно, говно, дерьмо и ещё сто пять раз дерьмо и говно! Неужели вы, куски Одинцовского собачьего дерьма не можете нормально справиться с работой?! Вы знаете кто вы все после этого?! Вы самые отвратительные куски дерьма во всём мире, чёрт вас дери!!!

Револьвер выхватил из-под плаща огромный револьвер Dan Wesson с восьмидюймовым стволом. Он со всей силы ударил ногой по тумбочке, на которой стояли несколько стеклянных стаканов. Ударившееся о ламинат ДСП и разбившиеся стаканы заполнили небольшую комнату треском и парой других звуков. Перед Револьвером замерли два щуплых паренька в клетчатых рубашках. Он ухватил одного из них за ворот и подтащил к себе.

– Мы ничего не смогли на него нарыть. – Первый паренёк заскулил, опустив голову. – И никто ничего не знает, клянусь, клянусь, чем хотите!

– Да быть такого не может! Я сейчас позову кое-кого, кто на расстоянии чует такую чертовщину. Дуплет, подойди-ка сюда. А ты, – Дуло Дэна Вессона прикоснулось ко лбу несчастного паренька. – На колени, быстро!

Дуплет вошёл в комнату. Он немного задержался, осматривая дверь из матового стекла. Ему всегда нравилось стекло, а матовое его привлекало по-своему особенно. Дуплет подошёл к пареньку и потрепал его по плечу.

– Не бойся меня. Мой друг вспылил немного, но с ним такое бывает. Встань с колен, не надо унижаться передо мной. Ты точно знаешь, что ничего на этого Гуру не существует никакой информации?

Паренёк усиленно закивал головой.

– Ну, вот и прекрасно. Просто-напросто прекрасно. – Дуплет повернулся к своей шестёрке, а заодно другу и напарнику. – Он действительно ничего не знает. Для того чтобы найти Гуру надо глубже копнуть. Швейцарец о нём очень много знает, в том числе, что Гуру раньше работал в ФСБ. Это стопроцентная гарантия тайны. Нам нужны лопаты длиннее, чем вот эти.

Дуплет повернулся к двери и мерно пошёл к выходу из квартиры. Револьвер два раза нажал на спусковой крючок. Ламинат покрылся кровью. Dan Wesson скрылся под плащом, а его обладатель скрылся вслед за Дуплетом.

Они вышли на улицу. Дуплет вздохнул и поправил повязку на глазу. Револьвер почесал за ухом и тихо проговорил.

– Ты же знаешь где нам отыскать длинную лопату?

Дуплет слегка кивнул в ответ, и они оба прошли к машине. Это был длинный, чёрный седан Maybach 62s. Дуплет с другом сели на задние сиденья. С водительского места послышался шёпот с примесью лёгкого хрипа.

– Вы же ничего не смогли найти, верно? Ваши информаторы не внушают мне особого доверия. Вы оба намерены оставаться в команде? Если да, то надо работать эффективно, если не найдёте хороший источник, вам больше не будет здесь места. Советую приступить к делу. А теперь поехали отсюда.

Машина вырулила на шоссе. Швейцарец смотрел строго вперёд, слегка улыбался и был абсолютно спокоен, а вот Дуплет с Револьвером не могли похвастаться таким качеством. Слишком уж они были напуганы. Они знали, что если Швейцарец исключает кого-то из команды, он его убивает. "Надо найти длинную лопату". Это был один из тех немногих моментов, когда у них полностью совпадали мысли.

Миновав парочку неприятных пробок на пути в городской центр, Швейцарец заехал на территорию "Клубного дома Smolensky". Из всех автомобилей клубного дома Maybach Швейцарца был самым дороги, а его квартира - самой большой. Доход от фирмы охранных услуг был велик, а потому Швейцарец одевался в Lacoste, Timberland, а иногда носил не так любимые им деловые костюмы бренда Hugo Boss. Но если нужно было произвести необходимый эффект Швейцарец делал всё, что только мог, хотел и что не унижало его достоинство, а надеть костюм - совсем и не унизительно. Швейцарец любил швейцарские часы, в его коллекции можно было найти часы Rolex, Hublot, Audemars Piguet и Vacheron Constantin. Он жил изысканно и с удобством. Если бы какой-нибудь бренд из тех чьей продукцией пользовался Швейцарец решил бы сделать себе рекламу, человек с фотоаппаратом и видеокамерой просто пришёл бы к Швейцарцу домой и без подготовки и грима снял бы отменную рекламу. В его доме не было ни пылинки, а только свобода, комфорт и мечта для любого посетителя, который не способен окружить себя таким великолепием.

Три человека зашли в апартаменты на шестом этаже и самый главный из них запер дверь.

- Ну вот, - Швейцарец раскинул руки, показывая простор своего нескромного жилища. - Двести восемьдесят квадратных метров абсолютного одиночества. И когда я говорю слово "одиночество", я не имею в виду, что меня переполняет радость из-за вашего визита ко мне. Револьвер. Дуплет. М-да. Вы здесь только по делу и дальше этого коврика, - Рука Швейцарца очертила границы коврика возле двери.

- Вы не двинетесь. У меня есть для вас новость.

Швейцарец сбегал на кухню и принёс газету "Аргументы и факты". "Девяностые вернулись?" - гласил заголовок на девятой странице. На фото - полиция вокруг жилого комплекса "Воробьёвы горы" и видны следы крови на брусчатке главной дорожки.

- Видите? Это его рук дело, все факты на лицо, на широкое, очень омерзительное и всегда докучающее нам лицо.

Дуплет моргнул единственным глазом, но ничего не сказал. Он точно знал, что не следует перебивать Швейцарца, когда он в таком состоянии. Револьвер попытался было что-то сказать, но Дуплет ткнул его в плечо. "Если сейчас перебить его, он может сделать всё, что только захочет его воспалённый ум. А он на многое способен". "Чёрт возьми, я боюсь его. Вот чёрт". Газета полетела в руки Дуплета, и он едва успел поймать её. Швейцарец открыл дверь и два старых друга вышли из квартиры.

- Стойте-ка. - Швейцарец посмотрел на Револьвера. - Выбрось этот коврик, я уже давно хотел его сменить, а тут вы мне его испачкали. Подошвами своей обуви.

Револьвер подхватил коврик и пошёл вслед за другом на площадку к лифту. Дверь апартаментов за ними закрылась. Они переглянулись.

На улице Револьвер засунул коврик в урну на выходе. Они вышли на Смоленскую набережную и сели в свою машину, припаркованную тут ещё день назад. Револьвер повернулся к Дуплету и тихо произнёс.

- Я, чёрт побери, уважаю Швейцарца, но он уже совсем обалдел. Я должен выбрасывать чёртов коврик, а тебе он подсовывает какую-то чёртову газету. Нам надо уйти из этой команды.

- Нет, - Дуплет свернул со Смоленской набережной. - Пока он не сделал ничего выходящего за грань, мы можем быть спокойны. Если покинем команду, мы превратимся в пару трупов где-нибудь в лесах на окраине города. Ещё ничего не случилось. Не надо показывать эмоции и он не тронет нас. В команде появился какой-то Палыч. Я, кажется его знаю. Надо встретиться с ним и перекинуться парой фраз, и если вдруг Швейцарец обалдеет вконец... Мы будем знать, что нам делать.

Швейцарец понимал, что его держат за психопата. Но ему были совсем не важны члены команды. Он был расслаблен и полон умиротворения. Огромный диван Vitra, дизайнера Джаспера Моррисона, принял Швейцарца в свои мягкие объятия и тот необычайно широко улыбнулся и закрыл глаза. А потом засмеялся беззаботным смехом психопата, смотрящего на мир невероятно легко. Он смеялся долго, и смех исходил как-то изнутри. Посмеявшись от души, Швейцарец открыл глаза и прошептал.

- Вот ты и утёр всем нос. Да-да. Всё как нужно сделал, как должен. Ха-ха. Ха-ха.

И Швейцарец засмеялся с новой силой. Спустя десять минут он встал с дивана и обошёл квартиру. Вышел на балкон и выглянул на улицу. К каждому квадратному метру квартиры Швейцарец прикоснулся босой ступнёй. Он не ходил дома в тапочках, Шлёпанцах, ботинках или, даже, в носках, а предпочитал ощущать паркетную доску непосредственно босыми ногами. Летом он чувствовал прохладу пола, а зимой включал тёплый пол по всему дому. Швейцарец приготовил ужин - спагетти болоньезе.

На закате Швейцарец вышел на балкон и смотрел вдаль с улыбкой и слегка закрытыми глазами. Завтра важный день. Надо съездить к Палычу и продолжить поиски Гуру. Осталось совсем немного. Он уже близко. Скоро отпадёт необходимость команды. Жалко будет их всех убивать.

- Но придётся. - Швейцарец шепнул эти два слова с немыслимым упоением.

 

3

Июль 2011 год Москва Мичуринский проспект

В супермаркете "Азбука вкуса" нельзя было назвать полным. Великий Гуру купил килограмм вырезки из телятины, пять полулитровых бутылок "Липтона", восемь полуторалитровых бутылок воды Vittel, пачку спагетти, полкилограмма яблок, полкилограмма помидоров, пачку укропа, четыре литра сока Rich и три литра молока Valio. Стандартный список покупок на неделю.

Когда Гуру загрузил продукты в багажник Ниссана, его кто-то окликнул. Великий Гуру притворился, что ничего не слышит, но окликнувший его человек был настроен решительно и снова окликнул его. Голос показался Гуру знакомым. И он обернулся. За его спиной стоял такой же высокий и подтянутый, как и Гуру человек. На нём была футболка-поло Porsche design, тёмно-синие джинсы и чёрные кожаные лоферы того же бренда. Гуру узнал его. Лучший друг Киселя, бизнесмен Александр Горбачёв. Он ещё в девяностые говорил, что у него "всё будет от Порше". Теперь, видимо, так оно и было. Мечта сбылась, Гуру был только рад. Последний раз они виделись года четыре назад. Единственный друг Киселя с которым Гуру был знаком лично. А всё потому, что лучший друг. Но что же Горбачёв делает здесь и сейчас?

- А мир тесен, - Горбачёв подошёл к Гуру почти вплотную и снял солнцезащитные очки всё от того же Porsche design. - Последний раз виделись четыре года назад, а ты всё такой же. Ничуть не изменился. Всё так же учишь жизни гопников и зажратых сынков миллионеров и олигархов?

- Бывает. - На первых парах Гуру был краток. - Преподаю им урок. - А вот сейчас он чуть-чуть разогрелся.

- Ладно. Поехали ко мне. Посидим, поговорим, а то у тебя, наверное, ни одного друга нет. Ты же не признаёшь дружбу, а Киселя другом не считаешь. Он тебе как спаситель, в некотором смысле.

- Об этом здесь говорить не надо. В какую сторону мне ехать.

- Я живу совсем рядом. Меньше километра пути. Просто езжай за мной. Моя машина во-о-он та.

"Надо же, какой сюрприз", - подумал Великий Гуру, как только увидел чёрный Porsche Cayenne на другом конце парковочного кармана. Теперь у Горбачёва действительно всё было как он того хотел. Неплохо. Сейчас главное не попасться в ловушку. Если это ловушка.

Два больших чёрных джипа ехали друг за другом к дому Горбачёва. Дорога заняла меньше минуты, благодаря очень быстрой езде. Пожалуй, только стиль вождения объединял их двоих. Элитный жилой комплекс "Шуваловский Prima", здесь то и разместился бизнесмен Горбачёв со всеми удобствами. Остановились они в удобном подземном паркинге и поднялись на лифте на пятый этаж.

- Почему дом в городе? - Гуру задал этот вопрос, как только они вошли в современно обставленные апартаменты.

- Здесь прямая дорога до главного офиса моей компании. А чем тебе не нравится жизнь в городе?

- Пробки. И слишком много людей.

- Ах, да. Кисель рассказывал, что ты не любишь когда много людей вокруг. Это можно назвать социопатией.

- Но я это так не называю. - Сухо парировал Гуру.

Они вошли в гостиную, объединенную с кухней. Трудно было чем-то поразить Великого Гуру, но здесь он оказался немного удивлён. Вся кухня, лампы, чёрный кожаный портфель рядом с диваном, чёрная кожаная куртка на самом диване. "Хоть в журнал дизайна отправляй фотографию, - Подумал Гуру, - и подписывай в нижнем правом углу - "всё - Porsche design". Вторая часть удивления - полная коллекция дисков групп Metalica и Linkin Park. Сам Гуру не слышал ни одной песни этих групп, но полная коллекция их творчества у кого-либо вызывала у него небольшое удивление.

Площадь квартиры Горбачёва - ровно сто девяносто два квадратных метра. Бизнесмен любил простор (не один стиль вождения объединял его с Гуру) и делал все, чтобы себе его обеспечить. Он основал риэлтерское агентство пятнадцать лет назад и сколотил небольшое состояние, достаточное для жизни в центре Москвы со всеми удобствами. Горбачёв окончил школу с углублённым изучением математики, а высшее образование получил экономическое. В девяностые, на заре существования, его агентство буквально обросло проблемами с мафией. Но различными путями Горбачёв и его команда из нескольких специалистов риелторов и двух друзей выпуталась из сетей московского рэкета.

Гуру прошёл за хозяином квартиры в его кабинет. Ещё одно маленькое удивление. Стеклянная витрина. В ней четыре курительные трубки на двух подставках, десять цилиндрических кейсов для сигар, две зажигалки, сигарная гильотинка, семь наручных часов и пять солнцезащитных очков. Всё, кроме самой витрины и десятка сигар - тот самый бренд. Горбачёв открыл дверцу витрины и положил на верхнюю полку солнцезащитные очки, в которых он приехал.

- Итак, - Александр Горбачёв посмотрел в огромное окно на панораму Москвы. - Присаживайся на диван и поговорим обо всём.

- Тебя Кисель послал за мной, да? Он хочет завести мне друга. Это же так?

- Да, - Горбачёв слегка подался вперёд и немного наклонил голову к Гуру. - Но в чём проблема? Посидишь здесь час, я тебе чай принесу.

- "Порш дизайн"? - Осведомился Гуру.

- Нет, - Улыбка и усмешка. - Но если бы они выпускали чай, я бы только его и пил. Ты не хочешь поговорить? Ты - наёмный убийца, - Горбачёв заговорил тихо. - Тебе есть, что рассказать.

- Скорее мне есть, что скрывать.

- Но ты людей насквозь видишь. Посмотри на меня, ни единого злого умысла, ни одного.

Великий Гуру помолчал немного. Взвесил все "за" и "против". Количество "против" равно нулю. Неплохо. Да что там неплохо, хорошо. Да что там хорошо, очень хорошо. Гуру решился сказать вступительную фразу.

- Я люблю зелёный, крупнолистовой.

- Ну вот, нормальный разговор. Подожди пять минут.

Через пять минут пришёл Горбачёв с подносом. Две кружки чая, в одной - зелёный, во второй - красный. Поднос разместился на письменном столе.

- Говорят, здесь видели владельца Собинбанка Сергея Кириленко. Неплохой дом, верно?

- Да. Но поговорим, лучше о делах.

- Да ладно, просто вводное слово. Только и всего. А теперь можешь говорить о делах сколько хочешь.

И Гуру рассказал Горбачёву обо всём. Гуру не считал его опасным и потому рассказал о войне с преступностью, о её причинах, обо всех последних заказах и о том почему он выбрал именно район Можайского шоссе для проживания. Горбачёв рассказал о непростом ведении бизнеса в преступное десятилетие, о смерти друга, о каждом важном событии последних двадцати лет. Одним словом рассказал он, как и Гуру, всё. Разве что наизнанку не вывернулся и не сказал: "А вот тут у меня печень, будьте знакомы".

Полное доверие.

Но оно так не свойственно Гуру.

Что бы это значило?

Нет. Он не знает. Но доверяет.

После часа разговора Гуру покинул апартаменты Горбачёва и отправился домой. Когда он ехал, у него внутри было легко и свободно. Словно он нашёл кого-то с кем можно поделиться всем, кому можно довериться. Можно доверять. Неужели друг? Да. Горбачёв сказал, что сможет помочь. Но как? Гуру говорил и не друзей раз, что ему помощь не нужна, но бизнесмен стоял на своём. Дружба? Да. Быстро и легко. Вот в чём секрет риэлтерского агентства Горбачёва, он быстро заводит и партнёров в бизнесе. Его можно считать профессионалом своего дела, да, он, без сомнения, очень крут. Единственный друг Великого Гуру.

Приехав домой Гуру выложил продукты из багажника, разложил их по полочкам и отправился в комнату музыки. Её можно было назвать именно так. Здесь Гуру играл на рояле, синтезаторе или электрогитаре. Сегодня он выбрал рояль. Огромный блестящий чёрный, без единой пылинки Yamaha GC1 стоял напротив окна. Гуру открыл крышку и без раздумий начал играть наизусть "Вальс №3" Шопена.

Тишина. Умиротворённые звуки рояля.

"Неужели друг? Не верю".

 

 

4

Июль 2011 год Москва район "Южное Бутово"

Терёхин проснулся от кошмарного сна в шесть утра за треть минуты до звонка будильника. Он вспомнил о главном уголовном деле ближайшего времени: убийство наркоторговца. "Работа профессиональная. Наёмный убийца". Терёхин принял душ, оделся и позавтракал тарелкой гречневой каши. "Наёмник работает на организацию. Нет, может быть и частный наниматель. В этом вопросе нельзя быть точным". Терёхин почистил зубы, прополоскал рот, надел синие кеды, кепку и вышел к лифту. На лестнице его встретила соседка. Она улыбнулась. Терёхин улыбнулся в ответ.

- Доброе утро.

Соседка кивнула всё с той же улыбкой. Лифт не прибывал и Терёхин сбежал вниз по лестнице. Добрался он до центра на метро. Терёхин всегда просыпался рано, чтобы прибыть на Петровку к восьми утра расслабленно и неторопливо. Сегодня был день когда нужно было сопоставить все факты максимально спокойно. В Москве давно не было таких убийств как это - чистых, продуманных и кровавых.

- Эй! Кого я вижу. - На входе в тридцать восьмой дом на Петровке стоял Артём Салимов. - Нам бы за работу.

Быстрым шагом Салимов и Терёхин продвигались к кабинету. Как и каждое летнее утро они открыли два окна, включили вентилятор, два компьютера и погрузились в утреннюю прохладу пополам с рутиной.

___

В это же время Московская область Можайское шоссе

Никакого метро, только большой чёрный и удобный Nissan Patrol с кожаными сиденьями. Гуру ехал на полной скорости. Он уже обошёл две большегрузные фуры по встречной полосе и сейчас мчался в Москву к очень важному, даже необходимому человеку. В багажнике лежала завернутая в матово-синюю обёрточную бумагу и перевязанная лентой того же цвета коробка.

Гуру припарковался недалеко от выхода со станции метро "Сокольники". Север Москвы. Он не так криминализирован как восток, но это только на первый взгляд. Являясь более благополучными северо-восточный, северный и северо-западный округа не сильно страдали от мелкой преступности, в отличие от востока. Зато здесь прочно обосновалась мафия так называемых северных синдикатов. Они не входили в главную систему, объединенную под началом Виктора Марецкого, но и сами из себя представляли неплохое объединение. Особенно гордые главари московского севера называли свою систему "Северный Альянс". Определённого лидера у Альянса не было, но работал он довольно слаженно и никогда не устраивал разборки с Системой Виктора Марецкого. Но и становиться партнёром не собирался. Потому-то Марецкий и не обращал особого внимания на северные территории, а распоряжающиеся здесь преступники не видели в Системе хорошего сообщника или опасного врага.

Великий Гуру ещё издалека увидел большой автомобиль Ford Excursion. Туда ему и надо. За рулём сидел нагловатого вида худосочный парнишка. "У всех этих парнишек нагловатый вид", - подумал Великий Гуру. Он постучал костяшкой среднего пальца в стекло водительской двери. Стекло отъехало вниз со слабым скрежетом. Гуру вручил парнишке подарочную коробку.

- Нашему общему другу с наилучшими пожеланиями, - сказал он.

- От кого? - Неприятным голоском ответил парнишка за рулём.

"У них у всех отвратительный голос".

- Там внутри всё написано, - рука Гуру указала на коробку. - И передай ему это сам, без посредников.

- Ну ладно, - парнишка вышел из машины, аккуратно положил коробку в багажник и закурил сигарету.

"И все они курят".

___

Запад Московской области - идеальное место для не слишком большого криминального особняка - пятьсот "квадратов". Расположились в этом особняке два старых друга - Дуплет и Револьвер. Первый - глава клана Дот-ком. Дот-ком - Клан, специализация которого - технологичное отмывание денег. Группа из сорока программистов-хакеров добывает деньги, снимая их со счетов компаний, крупных банков и богатых клиентов крупных банков. Дело для умелых хакеров, а в клан Дот-ком попасть могли только такие. Второй житель особняка, Револьвер - лучший друг Дуплета и его правая рука, а значит и ниже рангом, но Дот-ком тот самый случай, когда глава и его правая рука на равных. Не было случая когда Дуплет приказывал Револьверу делать что-либо. Всегда равны. Постоянно.

Вот и сегодня, в день рождения Револьвера, Дуплет поздравлял его как друга, но не как шестёрку. В особняке достаточно гостей. Кто-то на улице, кто-то в доме, а кто-то в дверном проёме. На дне рождения девять криминальных боссов из Системы, их охрана, та самая которую можно считать пачками и несколько представителей криминальных боссов, которые не смогли приехать сами. От Виктора Марецкого, например, прибыли сразу двое полностью одинаковых представителей с очень большим подарком. Скоро приехал и Ford Excursion с нагловатым парнишкой за рулём. Это предназначалось для самых загруженных работой друзей Револьвера.

В девять вечера виновник торжества приступил к раскрытию подарков. Заиграла какая-то песня группы Beatles и гости высыпали на веранду, а кому не хватило места разместились вокруг веранды на газоне, это был второй день в году, когда Дуплет разрешал ходить по выращенному им газону. За шумом гостей нельзя было расслышать слова песни, но на это никто внимания не обращал.

- Итак, - Револьвер потёр руки в предвкушении разворачивания шуршащих обёрток и прикосновения к приятным и так ожидаемым подаркам. - Надо бы, чёрт побери, и подарки развернуть. Что тут у нас?

Из первой коробки Револьвер извлёк iPhone 4g.

- То что надо, чёрт возьми! А кто подарил?

В дальнем конце веранды послышались возгласы и смех. Руку поднял Юра Монтировка - один из основных преступников городского юго-запада.

- Неплохо, очень неплохо! - Револьвер отнёс iPhone на полку в гостиной. - Что дальше?

Следующая коробка оказалась немного больше. Револьвер осторожно развязал ленту и тут его глаза загорелись. Нет, не загорелись, запылали, сгорели дотла, но всё равно продолжили гореть. Внутри лежал блестящий хромированный Taurus Raging Bull - револьвер с восьмидюймовым стволом. Калибр тоже восхитил - .454 casull. коробочка с тридцатью патронами лежала под оружием.

- Ха! Ха-ха! Это круто, чёрт возьми! Просто обалденно круто! Чёрт подери, я хочу знать, кто подарил мне этого малыша!

- Это я, кто же ещё, - мафиози Обойма вышел из рядов гостей, разместившихся во дворе. - Раздобыл самое лучшее.

Одобрительные крики и снова смех, искренний и неповторимый смех Антона Морева. Револьвер выбежал во двор и с торжествующим криком выстрелил из огромного "Тауруса" в мишень, нарисованную на квадратном листе железа, покрывавшем такой же квадрат из досок. Мишень поставил Дуплет два дня назад, на тот случай если лучшему другу подарят револьверы. Выстрел был громкий, отчётливый, ясный и приятный для уха ценителя. Смеясь и рассматривая подарок, Револьвер подбежал к столу с подарками. Из чёрной обёртки показалась шляпа. Великолепная, мягкая, привлекающая взгляды шляпа. На бирке внутри было написано "Louis Vuitton". Револьвер надел, а точнее нахлобучил шляпу на макушку и гордым взглядом окинул гостей.

- Я теперь как сицилийский мафиози, чёрт возьми! Кто подарил, узнаем позже, а сейчас посмотрим вот сюда.

Поправляя спадающую шляпу, Револьвер дотянулся до следующего подарка в матово-синей обёрточной бумаге. Он осторожно развязал широкую ленту и вскрыл обёртку. Ярко-оранжевая коробка предстала перед его взглядом.

- Синий и оранжевый, - Загорелся интересом заинтригованный Револьвер, снимая крышку. - Мои любимые цвета. Будет ли в коробке мой любимый подарок, чёрт побери? Это загадка, мне нравятся загадки.

Под крышкой, на такой же матово-синей бумаге лежала изысканно оформленная записка без подписи.

Дорогой друг Револьвер!

Прекрасный день сегодня, не правда ли? Вот и я решил поспособствовать твоему веселью. Под бумагой ты найдёшь то, что ты ещё никогда не получал. Но всё бывает в первый раз и мой подарок не исключение.

С днём рождения, Револьвер.

Записка была положена на стол, а бумагу Револьвер отбросил в сторону. Во время отрывания бумаги от содержимого коробки раздался небольшой щелчок, но Револьвер не придал этому значения. Он предвкушал нечто невообразимое, феерическое. Так оно и случилось. На стенке коробки было написано большими буквами: "Дарю тебе часы и фейерверк".

Револьвер, застыв и округлив глаза, уставился на цифровые часы. И на то, что покоилось под ними.

- Чего вы там все затихли? - Раздалось откуда-то со двора.

Из всех выражений, которые обычно можно сказать в такой момент, Револьвер выбрал и прошептал самое ёмкое.

- Вот чёрт.

___

- Ну и дела, - Алексей Терёхин с некоторым удивлением смотрел на обломки и остатки веранды большого особняка. - Кто тут у нас.

- Целый букет, - к Терёхину сразу же подбежал молодой сержант. - Крупные бандиты известные под кличками Бром, Лобзик, Мочалка, Дуплет, ещё два каких-то неясных типа и вся их охрана, конечно же. Мы их давно пытаемся поймать, а они здесь и... все сразу. Так не бывает, правда?

- Истинная правда. Сгоняй мне за бутербродом, а пока я поговорю с нашими друзьями.

Посылая кого-либо за бутербродом Терёхин показывал, что не хочет его больше видеть. Этот сержант хорошо был знаком с такой фразой и поэтому пошёл опросить немногочисленных и очень состоятельных соседей.

Из-под обломков только что извлекли обгорелый труп. Рядом с ним нашли очень большой револьвер. Терёхин подошёл к сильно потрёпанному Дуплету. Тот сидел в открытом полицейском грузовичке и угрюмо смотрел в пол.

- Ну что? - Терёхин присел напротив Дуплета. - Мало тебе было глаза, ты ещё и в эту историю вляпался? Знаешь того сгоревшего парня?

- Это Револьвер, мой друг. Лучший, между прочим. А ты сгребёшь нас и посадишь до конца наших жизней, господин Закон-и-порядок?

- Приложу все усилия. Говоришь, Револьвер? Я о таком ничего не знаю.

- Но это же не значит, что его не существует, - Дуплет поднял изувеченное лицо и посмотрел Терёхину прямо в глаза (только он умел смотреть одним глазом сразу в оба глаза собеседника). - Не так ли?

- Так, так оно и есть. Не смотри на меня так печально, с тобой поедут твои друзья. Не лучшие, конечно, но какие есть.

Подошли два грузных полицейских и посадили в кузов грузовичка Лобзика, Мочалку и Брома. Крупных шишек криминального мира Московской области.

- Эй! Аккуратнее, слышь ты! - Мочалка отпихнул полицейского и подсел к устало улыбнувшемуся Дуплету.

- Ну как? - Бром так сильно пихнул Терёхина в плечо, что тот чуть не упал на пол грузовичка. - Засадишь в тюрягу, начальник?

Главари дружно рассмеялись, а Терёхин посмотрел Брому в глаза.

- Это сопротивление при аресте.

С этими словами он ударил Брома кулаком в лицо и тот с шумом свалился со своего места.

- Эй! Тише там, - к машине подошёл Салимов. - Нам тут драки ни к чему. Спускайся сюда.

- Я могу сдать кое-кого, - Дуплет подмигнул Салимову уцелевшим после драки в бильярдной глазом. - Отсюда многие слиняли, бросили нас под завалом. Я могу назвать их имена. Понимаешь о чём я?

- Обо всём расскажешь на допросе, - Салимов помог Терёхину спуститься на землю и дал знак двум сержантам увозить главарей.

- Обойма, Монтировка, Антон Морев! - Взвыл Дуплет, перед тем как захлопнулась дверь маленького полицейского грузовичка. - Они сбежали, оставив нас умирать под завалами, под завалами! Они куски дерьма собачьего! Слышите?!

Скорая помощь увезла "двух неясных типов", а полиция погрузила охранников главарей в грузовики. Никакого спецназа, а взяли четырёх крупных боссов и ещё двоих, которые могут оказаться ещё теми шишками. Как это называть? " Неужели фарт? Как же нам сегодня повезло", - промелькнуло в голове у Терёхина когда он садился в машину.

Пять дней спустя

Он знал кто здесь замешан. Тот, кто убил наркоторговца. Скорее всего это именно так. Пока никаких зацепок. Эксперты говорят, что бомба мощная и мастерски изготовлена. И ни одной зацепки. Никто не берёт на себя ответственность за взрыв, ни одна группировка. "Он один? Нет. Такого быть не может. Но всё может быть." Терёхин осмелился предполагать, что за организацией стоят спецслужбы. Как иногда говорили на Петровке: "Полицейский полагает, а ФСБ располагает".

 

 

5

Июль 2011 год Московская область через час после взрыва

Великий Гуру сидел на ступенях, ведущих на веранду. На улице жарко. Гуру совершенно не терпел жару. Но он любил смотреть на облака, а сейчас одно из них закрыло солнце. Сквозь стёкла солнцезащитных очков Гуру любовался на небо. Но облако оказалось маленьким и солнце появилось вновь, а Великий Гуру зашёл в дом. Подул прохладный ветерок, но Гуру уже не почуствовал этого. Он включил новостной канал. Ведущий как раз говорил о том, что в Московской области совершён крупный терракт, пять человек мертвы, двенадцать ранены. Так же сообщалось о взятии крупнейших главарей преступных группировок, действующий в городе и области. Диктор вскользь упомянул о нахождении пятидесяти граммов героина (подарок, который Револьвер не успел развернуть).

То, что и требовалось.

Огласка во всех новостях. Громкие заголовки: "Небывалое взятие", "Герои-полицейские или обыкновенное везение", "Взяли свеженькими и тёпленькими, крупнейших московских преступников арестовали прямо после крупного взрыва". Попадались и оригинальные заголовки: "Герои и героин", "Куда приводят мечты: шесть главарей за один раз".

Великий Гуру получил желаемое: теперь Виктор Марецкий встрепенётся и обязательно обнаружит себя. Но его надо ещё и направить. В нужное русло. А потом надо действовать. Действовать! И чтобы никто не ушёл.

Гуру спустился в подвал.

___

Июль 2011 год Москва юго-западный округ два дня после взрыва

- Две пачки "Мальборо".

Юра Монтировка нервничал. Да что там нервничал, он уже два дня провел как на гвоздях. Ему пришлось укрыться в старом убежище на окраине города. Это был гараж вблизи старого карт-центра "Серебряный дождь". У Монтировки здесь был старый бизнес по продаже автомобилей. С годами он его забросил, но сейчас Юра вернулся на любимое им место. Сейчас он спасался от нервов двумя способами: "бил кому-нибудь морду" или курил. Второй способ казался ему более доступным и две пачки сигарет из табачного ларька говорили ему то же самое.

- Машина какая-то едет, может нам это, уйти отсюда? - Телохранитель Монтировки в эти дни был особенно осторожен.

- Ладно, пошли, пошли.

В те времена, когда Монтировка нервничал, он постоянно дублировал слова. Вот и сейчас нервы подвели его, и снова пришлось повторить одно и то же слово. Денег владельцу ларька Монтировка не заплатил так как "крышевал" его в обмен на сигареты. На улице пасмурно, но Юра напялил тёмные очки. Оглядываясь и прячась за спиной телохранителя, Монтировка перебежал на другую сторону неширокой, двухполосной дороги. Скользнув за железный забор и миновав нескольких бездомных собак, Монтировка с охранником добрались до слегка приоткрытой двери гаража и юркнули внутрь.

- Как идут дела? - Поинтересовался Монтировка у щуплого автомеханика, а по совместительству члена его группировки.

- Пока норма. - Автомеханик сплюнул. - Видели только своих, но две малолетки пробежали. После картинга, наверное.

- А машины ехали? Ехали? - Монтировка проверил, заперта ли дверь гаража. - Ты, ты в машинах разбираешься. Не было странных, странных как у авторитетов?

- Да нет.

- Хорошо, хорошо. Нам проблемы не нужны, не нужны. Не нужны.

Монтировка нервничал очень сильно и заметно: он три раза сказал "не нужны". Признак нехороший и о многом говорящий.

Юра прошёлся по гаражу взад-вперёд и серьёзно посмотрел на нескольких своих сообщников.

- Давайте рассудим логически, - он закурил сигарету и продолжил. - Кто-то убил Некролога с его шестёркой Пироманом. У нас с Некрологом была выгодная сделка, сделка. Потом взрыв на дне рождения Револьвера. Если охотятся за мной? Не думаете так? Не думаете?

- Может быть, совпадение? - Голос подал друг Монтировки известный под кличкой Шестигранник.

- Тихо! - Крикнул автомеханик. - Там едет джип.

- Что, что за джип, что за джип? - Монтировка занервничал так сильно, что закурил две сигареты за раз.

- «Ниссан Патрол», чёрный, самая последняя модель. Потянет на машину авторитета.

Всеобщее напряжение.

- Проехал, говнюк! Порядок!

Всеобщее облегчение.

Nissan Patrol действительно проехал вверх по улице. В не очень больших размеров дырку нельзя было увидеть, поехал ли автомобиль дальше или остановился у второго въезда к длинной дороге перед многочисленными гаражами. Автомеханик твёрдо верил, что джип поехал по улице дальше и не остановился.

Это он зря.

Монтировка послал двух охранников посмотреть, что твориться на улице. У обоих в руках крепко сжаты автоматы АК-74. Они увидели чёрный джип на другом конце дороги, тянущейся вдоль огромного здания внутри которого и располагались гаражи. «До него метров сто, а то и сто тридцать».

- Стреляй! - Крикнул первый. - Стре...

Крик первого охранника и боевую готовность второго оборвали две пули сорок пятого калибра. Оба защитника Монтировки рухнули на асфальт. Джип заехал в открытые ворота под вывеской "Автосервис". Оттуда послышались беспорядочные выстрелы. Потом три точных. Охрана Монтировки затаилась повсюду.

Дверь джипа открылась и человек в длинном, почти до земли, тёмно-синем плаще вышел из автосервиса на давно потрескавшийся асфальт. В его руках пистолеты HK Mk. 23, в его глазах решительность. Великий Гуру как обычно мысленно считал оставшиеся патроны. «Правый - семь, левый – восемь». Впереди Монтировка уже выбегал и садился в машину вместе с тремя сообщниками. Пять остальных приспешников авторитета забирались во вторую машину, наполовину выехавшую из гаража. Гуру уверенно приближался.

- Задержи, задержи его! - Крикнул Монтировка в сторону автомеханика.

Тот откликнулся и вышел навстречу Гуру с реактивным гранатомётом РПГ-7. Автомеханик уже прицелился, но Великий Гуру продолжал идти на него. Дистанция сокращалась. Восемьдесят метров. Семьдесят метров. Выстрел. Из пистолета. Автомеханик упал на колени с отверстием в переносице. РПГ-7 выпал из его рук.

Гуру обстрелял машину Юры Монтировки. Он не только убивал людей внутри, но и просто стрелял в саму машину. Осколки стекла вперемешку с кровью летели на асфальт. «Патроны кончились». Авторитет впопыхах выбрался из машины и отполз за старый УАЗ, стоявший без колёс на четырёх бетонных блоках.

Гуру поместил пустые пистолеты в две кобуры под плащом. Взамен он вынул из-под плаща два огромных пистолета Desert Eagle пятидесятого калибра. «В каждом семь патронов».

Вторая машина попыталась объехать обстрелянную. Полетели пули. Второй автомобиль врезался в первый. Задняя дверь с простреленным замком открылась, и сообщник Монтировки вывалился в стремительно увеличивающуюся красную лужу.

«Правый - три, левый – два».

Гуру резко двинулся к Монтировке. Авторитет попытался убежать, но его остановил выстрел под ноги.

- Кто... Кто... Кто... Кто...

- Кто я такой?

Монтировка закивал головой, имея в виду, что именно это и собирался сказать.

- Я тот, от кого зависит твоя жизнь.

Монтировка пребывал почти в отключке. Никогда ещё он так не боялся. Гуру поднял Монтировку с асфальт и с трудом отвёл его в гараж, ноги у Юры были ватные. Там Великий отдал ему конверт.

- Сегодня передашь это Виктору Марецкому, там указаны время и место нашей встречи. Не сообщай в полицию. Пока люди не сбежались, а полицейские не съехались, садись в оставшуюся машину. Ты знаешь куда ехать. Всё запомнил?

Монтировка закивал головой и на ватных ногах побежал к третьей машине - грязно-белому мини-вэну. Она предназначалась для автомеханика и пяти убитых Гуру телохранителей.

Люди собирались, по крайней мере, Гуру так чувствовал. Напоследок он вернул пистолеты под плащ и поднял РПГ-7 от трупа механика. Руки Гуру как всегда в перчатках. Летом перчатки медицинские, из тонкой резины. "Повеселимся?" Сноп огня вырвался из задней части реактивного гранатомёта. Две машины запылали.

Великий Гуру удачно миновал школьный автобус, выехал на шоссе и, по старой традиции, включил магнитолу. На этот раз песня Стинга "Shape of my heart". Гуру всегда нравилась эта песня. Не только потому, что она звучала в конце его любимого фильма "Леон", но и из-за своей собственной атмосферы, независимо от фильма. Успокаивающей атмосферы. Слушая песни Стинга, Гуру забывал об убийствах, о смертях. Стинг лечил наёмного убийцу от побочных эффектов профессии. Тихо... началось.

He deals the cards as a meditation

And those he plays never suspect

He doesn't play for the money he wins

He doesn't play for respect.

Великий Гуру забывал о трупах, лежащих в крови.

He deals the cards to find the answer

The sacred geometry of chance

Раскроенные черепа? Гуру ничего об этом не знает. Преступники, застреленные в упор? Такого нет в его жизни.

The hidden law of a probable outcome

The numbers lead a dance.

Спокойно и безмятежно. И начались любимые строчки.

I know that the spades are the swards of a soldier

I know that the clubs are weapons of war

I know that diamonds mean money for this art

That's not the shape of my heart.

 



Автор — Даниил Макаревич.
 
 



Уважайте авторов, не копируйте матриеал без ссылки. Майкл Студиос 2007—2016. Правила публикации наших материалов. Изложить свои мысли